PDA

Просмотр полной версии : Михаил Жванецкий: из "Разговоров с отцом"


VladRamm
07.03.2016, 03:43
17823"ОБРАЗОВАННЫЙ СЧАСТЛИВ И В СТАРОСТИ"
«Еще, Миша, когда у тебя будет сын, постарайся быть осторожным. Боюсь, что ты не сможешь. Но они всегда другие — я и ты, ты и он. Ты не сумеешь им руководить».

Первый человек, который от тебя полностью зависит, а ты не сможешь им руководить. В этом, наверное, заложено разнообразие людей. С этим невозможно жить, хочется наказать, заставить. Заставить можно, но лучше пусть он, как ты, найдет свою дорогу. Пусть он найдет основные знания: грамматику, математику, поведение. Он должен знать поведение среди людей. Он обязан сформулировать, чего он хочет от них и что он может дать им взамен, просто чтоб потребовать или подчиниться.

Образование помогает терпеть унижение.

Образование помогает переносить пытки.

Образование вызывает уважение даже в тюрьме.

Образование — значит жить дольше. Я не знаю, Миша, как это получается, но образованный человек живет намного дольше и лучше.

Я не сказал бы, богаче. Кстати, богаче без «т», а лучше — после «у» идет «ч».

Лучше — то есть с удовольствием.

Богатый созерцает, что он получает, а образованный сравнивает то, что видит, с чем-то внутри себя и не нуждается в лишнем. Ему легче проникнуть и понять другого.

То есть, Миша, образованный понимает тёмного человека, а тёмный не понимает образованного.

Темный ни разу в жизни не сказал слово «опровержение», или «трепетный», или «волнующий». Он даже не сказал: «Я с трудом пережил ваш отъезд, девушка». Миша, он женщине не оставит воспоминаний, потому что запоминаются не поцелуи, сынок, запоминаются слова.

У тёмного человека неинтересное молчание.

Мы с тобой, помнишь, говорили, что образование — это память. Это — память тоже. Это не цитирование прочитанного, это формулирование своего на базе прочитанного. Даже неточное цитирование — уже свое. В суматохе, Миша, нельзя терять мысль. Мыслей не так много. Шуток миллионы, мыслей сотни, идей десятки, законов единицы. Их знают все.
Все знают одну идею тёмного человека.

От него ждут хотя бы самообразования, хотя бы впечатления от прочитанного. Не от кино, кино не рождает в зрителе идею или мысль — только книга, она научит и здоровью, и силе воли, когда полистаешь кого-нибудь и прочитаешь у кого-нибудь.

Пусть твой сын будет образованным. И диплом тут ни при чем. Он должен знать, что в предложении «ни при чем» все слова пишутся раздельно.
Все! Мама нам оставила обед на кухне. Подогрей себе. Я вернусь поздно: много вызовов и мало лифтов. Пожми мне руку, и я пошел. Кстати, образованный счастлив в старости».


Источник: http://www.liveinternet.ru

http://www.sem40.ru/index.php?newsid=259491

VladRamm
14.03.2016, 06:17
17896Актуальные размышления писателя и философа Михаила Жванецкого

Понять есть что, но как это понять?
Есть два пути: смеяться и не вспоминать или молчать и помнить
Живу хорошо, как и обещал.

При внешней неподвижности тела — вопиющая работа организма.

В пятницу вечером — клизма от всего. Клизма настоящая, самогонная.

От этих путаных новостей несварение всюду: в мозгах, в желудке, в кастрюле.

Ты не можешь не включить его. Чтоб не пропустить. Вынужден слушать плохое, чтоб не пропустить ужасное.

Понять есть что, но как это понять?! Как к этому привыкнуть?! Как участвовать?

Ты любил свою родину — СССР. Ты не понимал, что это за строй, но ты отвлекался, ты увлекался специальностью, техникой, чертежной доской. Ты отвлекался и увлекался людьми в пальто из шинелей.

Ты понимал: если бы твой отец войну проиграл, было бы еще хуже. Ты даже понимал, как после врага воюют со своими.

Тебе было тяжело, но ясно. Так ясно, так четко ясно и почему воевали, и почему сидели за то, что воевали, и почему ты за кульманом.

Вокруг тебя были свои.

Чужие начинались выше, гораздо выше. Они не выходили из машин, из зданий с колоннами, из какой-то секции ГУМа, из своих санаториев. Они не выходили и не смешивались с нами.

Там были они. Здесь были мы — те, кто понимал и любил друг друга.

Потому так искренни советские фильмы, песни. Они сочинены для себя, для нас. Их пели и смотрели и ради них, то есть нас. Жили ради тех, кто был рядом — внизу.

И было понятно то, что было дальше, в 90-х, когда надо было что-то есть и что-то надевать, что-то говорить и что-то смотреть.

И заполнились прилавки, и покатились автомобили, и зазвонили мобильные телефоны...

И, переполнив магазины, на экраны вылезла еда, одежда, красивые тела...

Мы стали говорить со всем миром. И нас стали понимать. Наши книги стали переводимы.

В современных фильмах о войне у солдат холеные лица.

Это все было понятно до сегодняшнего дня. Точка!

Я не могу понять свою родственницу, говорящую претензиями. Я не могу понять свой экран, поющий и шутящий...

У меня другой характер. Больше всего в жизни я не люблю в людях категоричность!

Людей можно понять.

Но я не могу понять, что происходит сейчас.

Долги, угрозы, оскорбления своими — своих. Несчастные оскорбляют несчастных.

Все мы идем в Европу (туда идти нечего, Европа у нас давно). Не надо топтать друг друга по дороге!

Украина ясно сказала, куда она хочет, и Россия ее отпустила, прикрыв себе брюхо. Была бы кровь, большая кровь. Ну теперь-то — пусть каждый разбирается сам со своими несчастьями.

Мама говорила: "Да, твой дядя туповат, но он свой. Но он свой".

А тупость — большая сила. Это она сеет вражду. Она делает непонятными все слова и все действия другой стороны.

И куда мы денем тупых, когда захотим жить в мире? Они все равно окажутся во главе процесса.

Ибо каждый, кто выдвигается куда-то и хочет понравиться всем,— перестает быть нормальным.

А я взял и потерял своих любимых персонажей: мужчин и женщин в стадии любовного томления, во взаимоотношениях которых только начал разбираться.

***

Это была такая любовь.

Она висела на нем как фартук.

А он ее терпел только во время еды.

***

Мадам, мне понадобится слишком много ума,

чтоб преодолеть эту разницу в возрасте.

Ещё из разговоров с отцом

Если кто-то очень болен, Миша, И ты очень переживаешь, Не стесняйся в стороне, Поговори с ним. Тебе станет легче. Только он облегчит душу твою. У его постели и ты успокоишься. И этим поможешь ему.

* * *

Много плохого в характере женщины от красоты.

Красота закончилась, а характер продолжается.

Бывшие красавицы долго не могут себя забыть и портят всем настроение, а близким жизнь.

Казалось бы, глянь в зеркало и прекрати...

— А олимпийские чемпионки? — подумает она.

— Но это же не за красоту,— подумаю я.

А во-вторых, о них обязательно сообщают: "Чемпион Олимпийских игр 1980 года"...

Тогда она и была красавицей.

И он был чемпионом.

Сегодня он зубной техник.

И ей бы чему-нибудь научиться.

На острие

Господи, спасибо! — говорю я себе.

Ты живешь у самого моря.

Ты счастлив, невзирая на муки.

Муки твои объяснить можно.

Счастье объяснить нельзя.

Ты перестань быть писателем.

Это не профессия.

Ты перестань быть кавалером.

Заговорят — ответишь.

Перестань ждать от себя ...

Ты отдохни, отец.

Пусть сын вместо тебя живет в толпе.

Ты наслаждайся чужими жизнями.

Они у тебя есть.

И еще Чехов и Фитцджеральд, и Хемингуэй дают тебе незнакомую жизнь в прекрасных сюжетах и словах.

Ты живешь этими жизнями, где хочешь.

Ты возишь их с собой.

Как запасные.

С одним в степи, с другим в Африке,

С третьим в Монте-Карло.

Тебе не нужно описывать свою жизнь, соревнуясь с ними.

Тебя обставит любой, кто наблюдателен и памятлив.

Ты просто счастлив перед морем и перед людьми.

Ты делаешь что хочешь.

Сам себя оценить не можешь.

А добиться большего — проблема.

Это зависит от жизни.

Может быть, ты еще что-то приготовишь внутри себя.

А пока знакомься с Монте-Карло и Парижем 20-х годов. Это было счастливое время для гениальных людей.

Какую-то сущность имеешь и ты.

Тебе не нужно держать сумку с книгами, чтоб что-то сказать.

Ты это скажешь, когда встретишь такого же.

Если ты молчишь, значит, ты его не встретил.

Ты не можешь вспомнить — ты не вспоминаешь.

Оно всплывает само.

Ты можешь записать другое, если вспомнишь.

Не вспомнишь — всплывет третье.

Пока с тобой Он.

Пока Он в тебе.

Пока Он перед тобой — ты на острие.

А наблюдательность — это ум, а не глаз.

Глаз тоже отдыхает, когда встретишь такого же.


http://kommersant.ru/doc/2841523