Показать сообщение отдельно
  #3  
Старый 01.09.2015, 01:44
VladRamm VladRamm на форуме
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 24,703
По умолчанию Маруся Климова. Имморализм - решение... Продолжение 2.

Феномен Маруси Климовой через призму быковских разговоров о литературе

«Pétri de vanité il...»* так начинает Пушкин свой длинный (не имеющий, как утверждают специалисты, иных источников, кроме его собственного воображения) эпиграф к своему роману в стихах.

«Было время, когда многие даже гордились тем, что никогда обо мне не слышали, но в какой-то момент это стало неприличным» - замечает Маруся Климова, рассказывая о «теории литературы» и «растоптанных цветах», и лёгкими движениями (подобно герою А.Миронова в «Бриллиантовой руке», превращающему брюки в изящные шорты) разбрасывая во все стороны жемчужины своей мудрости, на лету становящимися непререкаемыми истинами...

Дмитрий Быков недавно начал вести на «Эхе Москвы» беседы о литературе – ответы на вопросы плюс разговор о каком-либо писателе. В первой части передачи этой недели, посвящённой ответам, он, говоря о отношении Горького к герою своего последнего (главного?) романа Климу Самгину, высказал такое соображение (как я понял, принадлежащее Горькому): «Вот это Самгин: искусство быть всегда правым, омерзительное искусство ничтожества быть всегда правым». Значит, Маруся, несмотря на испепеляющую, переходящую в безоглядное обожание, любовь к себе, вовсе не представляет собой нечто новое и оригинальное... Подобно Сальвадору Дали, написавшему «Дневник одного гения», она, конечно, гений (во всяком случае, в собственных глазах). Она же называет себя прозаиком (литератором), как я её понял, единственным в России (помните, я приводил её восхитительное «кроме меня, разумеется»?), и отвечает на вопросы интервьюера:

Цитата:
– Можно ли быть писателем, не являясь при этом гением?
– Вряд ли. Уже само слово «писатель» кажется обывателям чересчур претенциозным, так что это фактически синонимы.
А парой страниц ранее поясняет:

Цитата:
Гении, увы, встречаются только в простейшем из искусств – литературе. Тоже не так часто, конечно. Но это, как с рыбой: в других местах этот редкий вид вообще не водится, так что там и ловить нечего.
Если смотреть на деятельность и творчество Маруси Климовой, прислушиваясь к её самооценке (оставим суждение Льва Толстого о дробях и бессмысленные чьи бы то ни было восклицания о скромности), то... Я вот наткнулся недавно на мысль (афоризм) Чарльза Калеба Колтона (английского литератора, ум. в 1832 г.): "Вот в чём разница между счастьем и мудростью: тот, кто считает себя самым счастливым, действительно самый счастливый; но тот, кто считает себя самым мудрым, скорее всего самый большой дурак". Ну, что мне тут стараться?!.. Мастера улучшать?.. Лучше всё равно не скажешь!..

Для меня сюрпризом... приятным сюрпризом прозвучало в быковской передаче презрительно-негативное отношение к «открытиям»-суждениям Льва Гумилёва о «пассионарных» и «непассионарных» нациях и вообще о его «теории пассионарности». Дмитрий Быков высказывается так:

Цитата:
Я вообще, не фанат Льва Гумилёва, и теория пассионарности представляется мне демонстративно антинаучной, подчёркнуто, нарочито антинаучной. Известно его презрение к официальной науке. Он был скорее такой очень интеллектуальный, очень образованный социальный фантаст, создатель одной из тех всеобщих теорий всего, какие в России в лагерях для объяснения этой нечеловеческой реальности продуцировались во множестве.<...> Ещё раз говорю: Гумилёв не историк. Он того же жанра, что Даниил Андреев с „Розой Мира“ или Панин со своими пустотами и густотами. Это ещё одна всеобщая теория всего, очень талантливая, конечно, но я не могу к этому относиться серьёзно, потому что это совершенно антинаучно — вот эта идея космических вспышек, приводящих к пассионарности. Масса фактов, которые в это не укладываются. <...>

Но естественно, что наши сторонники Гипербореи, арийских теорий ухватились за Гумилёва двумя руками: „Мы — молодая раса. Мы дикие, мы необузданные. Нам культура враждебна и цивилизация враждебна. Мы — творцы новой культуры“. Понимание дикости как пассионарности и хамства как пассионарности тоже сейчас очень распространено.
Вот Маруся Климова, по моему убеждению, и есть такой, очень из себя видный, «творец новой культуры». А я-то давно отношусь к попыткам рассмотрения наций и этносов, как субьектов исторического процесса, мягко говоря, без энтузиазма. Не потому, что считаю сына Анны Ахмановой и Николая Гумилёва недостойным человеком, а потому, что убеждён: народ правосубьектом не является и любой разговор о попытках «осчастливить» человечество, ведущийся в терминах наций и народностей («народов» в каком бы то ни было смысле) неминуемо приведёт к «гармонии», для которой можно, конечно, придумывать новые названия... Можно осмысливать-переосмысливать пушкинские пророчества о счастливом будущем, «когда народы, распри позабыв, в великую семью соединятся» или светлые мечты Маяковского о том, «чтобы в мире без Россий, без Латвий жить единым человечьим общежитьем»... Но я-то полагаю, что все эти «пассионарные разговоры» прекрасно (а то и исчерпывающе) описываются изрядно уже зарекомендовавшим себя словом «нацизм» (если кто не помнит, это национал-социализм). И даже в нескольких текстах я пытался развивать эти соображения – один из них так и называется «Через тоталитарные очки. 2. Народ правосубъектом не является» (пост # 2).

И наконец, главное – о сверхчеловеке... Вернее, о сверхлюдях, к коим Маруся Климова явно относит себя (заслуженно) любимую.

Цитата:
Вот очень хороший вопрос: «Разъясните противоречие. В прошлой программе Вы сказали о Ницше, что выход за пределы человеческого обнаружил только холод и мрак. Но ведь людены** — это как раз выход за пределы человека?»

Понимаете, есть две породы сверхчеловеков, две породы сверхлюдей. Человеческое, безусловно, надо превышать. Простите меня за автоцитату: «…Не хочу гусей дразнить, — но выход в том, чтобы его превысить, а не в том, чтобы его упразднить»… «Я не хочу врагов окрысить, я не хочу друзей дразнить, — но выход в том, чтобы его превысить, а не в том, чтобы упразднить». Дело в том, что сверхчеловек может быть отрицанием человека, а может быть в высшей степени человеком. Это особенно наглядно показано у Толстого.

В «Войне и мире» есть два сверхчеловека. Есть считающий себя сверхчеловеком Долохов, который вышел за все пределы, за все запреты человеческого. Его двойником на другом уровне романа — государственном — выглядит Наполеон.
А я (В.Рамм), оторвавшись от Толстого, сказал бы: «...и Путин». Но слушаем Быкова:

Цитата:
Это человек, который себе разрешил бесчеловечность. А есть Пьер Безухов, который как раз классический люден, который страшно опережает своё время. И Толстому вечно ставили в вину антиисторизм этого образа, потому что человек, мыслящий так, точно так же не мог бы появиться в 1805 году, как не мог бы появиться, скажем, Веденяпин в «Докторе Живаго» в 1905-м. Это люди, которые уже после целого века войн, кровопролитий и противоречий пришли к такому. Но Толстой поместил Пьера туда.

Пьер колоссально опережает своё время, при этом Пьер вообще превышает. Это такое любимое толстовское превышение, избыточность: он избыточно толст, избыточно, страшно силён, он огромного роста, он невероятно умён, фантастически добр. При этом он очень грозен в гневе, обратите внимание, и в сцене поединка с Долоховым, и в последующей сцене, когда он отрывает мраморную столешницу, любуясь своим гневом, своей силой и яростью. Да, конечно, и в ненависти, и в любви люден являет собою человека в квадрате, человека в высшей степени, а не расчеловеченного человека, такого как Долохов. Знаете, слишком легко было бы считать себя сверхчеловеком, но при этом быть, ну, просто свиньёй, живя с женой друга и пропивая его деньги. Хороша сверхчеловечность: «А посади меня на стол, и я ноги положу на стол».
И вопрос-замечание, на который Быков отвечать не стал, ввиду огромности и очевидности проблемы: «У меня одна из самых больших претензий к российской власти даже не в том, что она гробит экономику страны. Плохо, но это поправим. Больший и долгосрочный вред наносит развёрнутое ею масштабное, не имеющее аналогов в истории, промывание мозгов населению»/ Я привёл «вопрос» не для того, чтобы предложить «ответ», а с тем, чтобы обратить Ваше, читатель, внимание – это вопрос про Марусю Климову (и Татьяну Кондратович), хотя имена их и не были названы... Да, небось, ни слушатель-вопрошатель, ни Быков-отвечатель и не думали о них... Хотя, как я понял великую Марусю, это стало неприличным!..
______________________________________________

* Pétri de vanité il avait encore plus de cette espèce d’orgueil qui fait avouer avec la même indifférence les bonnes comme les mauvaises actions, suite d’un sentiment de supériorité peut-être imaginaire.
Tiré d’une lettre particuliére.


Проникнутый тщеславием, он обладал сверх того еще особенной гордостью, которая побуждает признаваться с одинаковым равнодушием в своих как добрых, так и дурных поступках, — следствие чувства превосходства, быть может мнимого. Из частного письма (франц.)

** ЛЮДЕНЫ (от «хомо люденс» — «человек играющий») — «Мы — не люди. Мы — людены. Не впадите в ошибку. Мы — не результат биологической революции. Мы появились потому, что человечество достигло определенного уровня социотехнической организации. Открыть в человеческом организме третью импульсную систему могли бы и сотню лет назад, но инициировать ее оказалось возможным только в начале нашего века, а удержать людена на спирали психофизиологического развития, провести его от уровня к уровню до самого конца... то есть в ваших понятиях воспитать людена — это стало возможным совсем недавно. Третья импульсная обнаруживается с вероятностью не более одной стотысячной. Мы пока не знаем, откуда она взялась и почему. Скорее всего это результат какой-то древней мутации. Нас мало. И девяносто процентов люденов совершенно не интересуются судьбами человечества и вообще человечеством. Но есть группа, которая не может забыть, что мы плоть от плоти вашей и что у нас одна родина, и уже много лет мы ломаем голову над тем, как смягчить последствия... Ведь фактически все выглядит так, будто человечество распадается на два вида. И никуда вам не деться от этого ощущения при мысли о том, что один из вас ушел далеко за предел, не преодолимый для ста тысяч. И самое страшное, что трещина проходит через семьи, через дружбы...»; синоним термина «людены» — метагом, то есть «за-человек».
(А. и Б. Стругацкие, "Волны гасят ветер")

из СПРАВКИ о гpуппе «ЛЮДЕHЫ» (http://www.rusf.ru/abs/ludeni.htm): создана исследователями твоpчества бpатьев Стpугацких на «Аэлите-90» в Свеpдловске с целью удовлетвоpения своих моpальных и матеpиальных потpебностей и наклонностей.


Дополнение от 4 мая 2016 года: Я-таки, хотя и интуитивно, но правильно назвал эту главу... Прочитал у Дм.Быкова о М.Горьком и сообразил... убедился, что имморализм таки органически присущ строителям социализма - никакого "человеческого лица" тут не может быть в принципе!.. Вот две фразы из этого быковского текста:

Цитата:
Каприйская школа Горького, развивавшая идеи рукотворной религии и социализма с человеческим лицом, была раздавлена Лениным большинство рабочих-активистов он переманил к себе в Лонжюмо, где тоже учил, но уже без всякой религии; религия у него была одна борьба, и Горький в десятые годы с ним из-за этого крепко ссорился, но никогда не рвал до конца. Они были друг другу необходимы: Горький был крупнейшим моральным авторитетом в России и Европе, он придавал большевикам необходимый вес, а Горький интуитивно чувствовал, что из всех политических сил России будущее есть, пожалуй, только у большевиков, поскольку в стране, где закон никогда не работает, побеждают те, у кого меньше моральных ограничений.
Страна, где закон никогда не работает - вот, что такое Россия! Ну, как же тут без имморализма?!.. Конец дополнения от 4 мая

Последний раз редактировалось VladRamm; 04.05.2016 в 21:33. Причина: Дополнение
Ответить с цитированием