Показать сообщение отдельно
  #5  
Старый 13.06.2009, 15:56
VladRamm VladRamm вне форума
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 25,874
По умолчанию Некоторые соображения о взвешенной оценке... Продолжение 4.

Итак, первая цитата... Знаете, перечитываю... и так жалко резать... Цитата, может получится чуть длиннее, чем я расчитывал... Но!.. Хороша...

Цитата:
«...Возьмём для начала простейшее, лежащее на поверхности качество человека индустриальной эпохи: его слабеющий интерес к людям, к природе, к живым структурам и одновременно растущее внимание к механическим, неживым объектам. Примеров более чем достаточно. Повсюду в промышленно развитых странах мы встречаем мужчин, которые испытывают бОльшую нежность к своему автомобилю, чем к своей жене. Они гордятся своей машиной, ухаживают за ней, моют её (порой несмотря на то, что имеют возможность поручить это за плату кому-нибудь другому), а в некоторых странах ещё дают ей ласковое имя. Они внимательно следят за её состоянием и тревожатся при малейших признаках каких-либо нарушений. Конечно, машина – не сексуальный объект. Но это несомненно объект любви. Жизнь без автомобиля представляется многим более невыносимой, чем жизнь без женщины. Разве нет в этой привязанности чего-то странного, даже извращённого?

Другой пример – привычка фотографировать. Всякий, кто когда-либо наблюдал туристов (быть может, себя в качестве туриста), согласится, что фотографирование мира подменило собой его созерцание. Конечно, у вас должны быть глаза, чтобы направить объектив на нужный объект. Нажать кнопку и... затем показывать друзьям фотографию. Но смотреть и видеть – разные вещи. Умение видеть – чисто человеческая способность, бесценный дар, которым наделён человек. Оно требует активности, внутренней открытости, интереса, внимания и сосредоточенности. Сделать снимок означает подменить акт видения фотокарточкой, которая может служить доказательством, что «вы там были». Точно так же обстоит дело и с теми меломанами, для которых слушание музыки – только предлог для экспериментов с высококачественной звуковоспроизводящей аппаратурой и разного рода усовершенствованиями и приставками, улучшающими её технические характеристики. Интерес к музыке уступил у них место интересу к продуктам высоких технологий.

Ещё одним примером может служить тип «изобретателя» - человека, который всякое человеческое действие норовит подменить механическим приспособлением – «удобным» и «экономичным». Мы не будем здесь говорить о тех, кто не выполняет простейших арифметических действий без калькулятора или не делает и двух шагов по городу без машины. Но есть ведь и такие домашние умельцы, которые конструируют приспособления, позволяющие нажатием кнопки включать воду или открывать двери, или совершеть какие-то ещё менее практичные действия...»
Ну, и как вам? Это Эрих Фромм написал. Работа называется: «Адольф Гитлер: клинический случай некрофилии». Я привёл вам отрывок из первой части, к Гитлеру конкретно не относящейся – о некрофилии вообще... Книжка издана в Москве, «ВШ», 1992. Серия «Московский философский фонд». Книгу с таким названием я бы ни за что не купил, если б автора не знал. А к Фромму я отношусь с приязнью не столько потому, что у него в конце фамилии столько же «м», сколько у меня, сколько потому, что это один из талантливейших учеников Фрейда (во многом учителя своего превзошедший), и, главное, своими главными учителями он почитает Фрейда и Маркса... Не будучи, кстати, марксистом ни с какого боку! Как, впрочем, и сам Маркс, прочитавший ближе к концу жизни своих разъяснятелей, продолжателей и толкователей и воскликнувший: «О, Боже! Конечно же, я – не марксист!»

А вторая цитата... она короче... Фромм, обсуждая некрофилию и её противоположность – биофилию, сравнивает их с понятиями инстинкта смерти и инстинкта жизни, введёнными Фрейдом. Он (Фромм) говорит:

Цитата:
«Биофилия – это страстная любовь к жизни и ко всему живому. Это стремление поддерживать рост и развитие независимо от того, идёт ли речь о развитии личности, растения, идеи или социальной группы. Биофил как тип личности предпочитает конструктивную деятельность охранительной. Он стремится скорее кем-то быть, чем что-то иметь. У него есть воображение, и он любит искать новое, а не подтверждать старое. Он ценит в жизни неожиданность больше, чем надёжность. Он видит целое прежде частей, структуры предпочитает совокупностям. Он стремится воздействовать любовью, разумом и примером, но не силой, не разъединением. Не администрированием и не манипулированием людьми как вещами. Поскольку он находит радость в жизни, он не принадлежит к числу страстных потребителей искусственных «развлечений» в модных упаковках.»
*****

Я остановился на том, дорогой читатель, что Н.Щедрин куда лучше меня умеет рассказывать... Написал это и... Вновь волна горечи и обиды, давней горечи и давней же обиды за замечательных русских писателей... Вновь эта волна подымается в душе и заслоняет горизонт и требует высказаться... И вновь отвлечься, вновь перебивать самого себя...

Да если б Михаил Евграфович Салтыков, выпускавший в свет свои сочинения под именем Н.Щедрин, ничего больше не написал бы, кроме «Писем к тётеньке» и «Писем о провинции», он и тогда остался бы одним из сильнейших (если не самым сильным из) авторов последних столетий! И что эти-то произведения его, не просто злободневные, а объясняющие современность... объясняющие буквально сегодняшний день: и очередные инициативы Путина и его «нукеров», и шум вокруг «Марша несогласных» и убийства, совершаемые с высочайшего соизволения... Эти-то произведения остаются в забвении...(Хочу указать здесь на более поздний – по отношению к остальному тексту сюрприз: УРА! «Письма к тётеньке» пару месяцев назад появились!) Я не говорю об интересе историков литературы или ком-либо подобном, нет, я рассуждаю в чём-то как герой довлатовского эссе «Думающий о России американец»...

На мой взгляд, можно говорить о четырёх уровнях... Не знаю чего, но сейчас расскажу, и Вы, читатель, сами подскажете, чего это уровни.

Во-первых, существует действительность... Та самая, про которую известно, что в действительности всё не так, как на самом деле... Действительность, реальность, в которой происходят события, влияющие на людей и провоцирующие иные события, интерпретации, суждения и пр... Это существует... Этот пёстрый нескончаемый ковёр, как об этом писал Т.Уайдлер, этот бездонный колодец, каким видел его Т.Манн. Действительность...

Во-вторых, культура. Явления культуры, влияющие друг на друга, остающиеся... иногда лишь по непонятной прихоти судьбы... в веках. А иногда то ли по её же прихоти, то ли по злой воле чьей-либо... (Во! Читатель! Смотрите-ка какое слово я придумал вставить... И вроде к месту!..) ...канающие в забвение!..

В третьих, существует образование. Нет, я не буду пользоваться солженицынским термином «образованщина». Дело не в презрительности по отношению к невеждам и не в пушкинской снисходительности: «мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь, так воспитаньем, слава Богу, у нас немудрено блеснуть»©... Нет, дело в том, что культура (включающая попутно и популярную «науку»... кавычки мне понадобились потому, что неловко как-то называть наукой элементарное знание арифметики, знание того, что Земля круглая и Солнце-таки не вращается вокруг неё (или вокруг кого-нибудь из особо ответственных российских граждан), а совсем наоборот, что человек произошёл-таки от обезьяны, и вообще, эволюционная теория... Мне тут дочь недавно рассказывала, что в американской системе школьного образования появилась новая «примирительная» версия: Бог, мол, создал вовсе не человека, а обезьяну, а уже потом от неё путём эволюции произошёл человек. Не знаю, как Вам, читатель, а мне ужасно понравилось...). Да , так о чём, бишь, я?.. Культура – это огромный, неохватный материк и образование, предлагающее в качестве описания этого материка некоторый набор сведений, претендующий на репрезентативность... Но хотя совершенно очевидно, что совершенно необоснованно, претендующий снова и снова!.. Я уже столько раз издевался над своей дочерью, когда она, говоря о школе, употребляла слово «проходили», что она теперь этого слова избегает, а слова «изучали» обоснованно стесняется... Так вот выбор «реперных» сведений о культуре, включаемых в «образовательную программу», он, набор этот, отражает господствующую, властную идеологию. Идеологию тех, кто платит деньги, а, значит, и музыку заказывает (приключения школьного учебника истории этот факт очень убедительно иллюстрируют). Он отражает эту идеологию, даже если говорить, что никакой идеологии нет. (Как когда-то говорили: «В СССР секса нет!»). И это система образования, школьного, в первую очередь, отберёт, что следует «проходить», а что человеку, получающему аттестат зрелости, знать без надобности... Ну, об этом Лао Шэ в «Записках о кошачьем городе» получше моего рассказал!

А в четвёртых, есть люди... Культура вовсе не закрыта для них, но чаще всего (если не сказать «обычно») они смотрят на неё, на культуру эту через «кристалл» образования... Вовсе не магический... Далеко, знаете ли, не магический. И потом в их головах остаётся что-то, навязанное той самой идеологией и... и всё. Большего не надобно! Когда-то, лет 30 назад пытался я устроиться преподавателем на кафедру «Высшей математики» в ЛИИЖТ (в Питере). Предложили мне две пробных лекции прочесть. Я и прочёл (упоминал об этом в «Предварительном»). А потом кафедра мои лекции разбирала. Ну, похвалили меня, что интересно рассказываю, особенно похвалили за чертежи на доске (а у меня первая работа по найму была «чертёжник» и в дипломе сказано, что я, мол, преподаватель математики и черчения, так что с мелом у доски я умею обращаться). А потом один профессор сказал: «Но у Владимира Григорьевича (это меня так в России звали, но Вы, верно, уже догадались, читатель!) есть один серьёзный недостаток». Тут я, конечно, весь обратился, как говорят, в слух. «Владимир Григорьевич старается, чтобы студенты всё поняли, - сказал он и сделал эффектную паузу, а у меня аж рот открылся, столь любопытно стало, как он закончит начатую фразу; а он и закончил. – А надо, чтобы они всё успели записать!» Он сказал, и все согласно закивали. Нет, не думайте! Не приняли меня по другой причине, эту предлагали исправить, полагая, что у меня ещё есть шансы стань полноценным стандартным преподавателем. Я сам после этой оценки преподавателем советского ВУЗа как-то расхотел становиться, предпочитая оставаться в заблуждении, что, мол, раз уж книгопечатание уже изобретено, то конспектировать за преподавателем его «мудрые мысли» - это бред. Но я это не к тому, чтоб очередную историю из жизни рассказать. А к тому, что идея закладывания в головы студентов строго отмеренного набора сведений, вместо того, чтобы как-то так или иначе помочь им научиться думать... Эта идея остаётся господствующей. Шаг влево, шаг вправо... Ну, мы же взрослые люди, читатель!..

Так вот четыре уровня... Вы уже придумали, уровня чего, дотошный читатель?.. И на переходах с одного на другой происходит самое интересное. Там – выбор.

Скажем, возникает превосходно написанный Александром Сергеичем «Моцарт и Сальери». Не столько о Моцарте, сколько о гении и злодействе. О человеческой природе и опавдании для себя... высшими соображениями и той самой пресловутой заботой об людЯх (очень люблю я это выражение: «Главное – это забота об людЯх!» - оно как-то сразу самую суть передаёт, правда?)...подлости и коварства. Всё так, но в основе-то апокриф. Не травил Сальери Моцарта. И Моцарт умер по иной причине и у Сальери не было резонов ему завидовать... Но человек ославлен: «А... Сальери? Это который?.. Тот самый, что...»

Но самая прелесть для меня это классическое произведение мировой литературы. Не русского (русскоязычного) автора, а блистательного француза Александра Дюма. «Три мушкетёра», переведённые на десятки, если не сотни языков, переизданные, наверное, более тысячи раз. Экранизованные многократно, любимые поколениями. Стоящие на полках даже у тех людей, про кого поётся: «...и самые лучшие книги они в рюкзаках (!) хранят!»... В этом, поистине бессмертном, романе единственным персонажем, заботящимся о судьбе Франции, единственным, кто пытается (и в основном безуспешно) сохранить её, как целостное благополучно развивающееся государство, является этот противный кардинал Ришелье. А все остальные: король с королевою, доблестные бесстрашные мушкетёры короля... Все они занимаются чем-угодно (между прочим, существуя, наверное, за счёт налогообложения неупомянутых персонажей), какой-угодно, извините, хернёй, но только не тем, что, хотя бы по их представлению, принесёт стране какую-либо пользу. Это в то время, как этот самый кардинал Ришелье был одним из мудрейших (много сделавших для человечества) и достойнейших людей... безо всяких извинительных добавлений: «своего времени»... И далее представление уже не о романе, а о французской истории идёт из весёлого апокрифа, сочинённого жизнерадостным Александром, прямо в головы представителей... «прогрессивного человечества».

Хотел я было продолжить разговор о русской литературе вообще, о Щедрине поговорить (Ну, не «Господ Головлёвых» надо у него читать! Это М.Е. поддался слабости: дал себя уговорить издателю, что просил его какую-нибудь повестушку для публики написать! Любят-с, мол! И даже не «Город Глупов» (Хотя и хорош!)! Публицистику читать надобно! Всю! Ну, сказки ещё!..), а то и Пушкина с Чайковским вспомнить... Там тоже, как Иа-Иа говаривал, «душераздирающее зрелище»... А то и пройтись вдоль «Писем о провинции», щедринских, да из каждого письма по маленькому кусочку и привести, чтобы видно стало, что это не просто современно, а насколько это точный и блистательно-убийственный анализ современной, сегодняшней российской дествительности!.. Тем более, что о решительности-то я собирался кусок из письма десятого привести... Но открыл 3-й том огоньковского 1951г. издания Н.Щедрина, попал на «Итоги», гл.1... Да и зачитался... И хотя в приложенной специально статье М.Горячкиной (?) в рассказе обо всём содержании тома специально говорится, что, мол, щедринские слова и сегодня (тогда, при Сталине) гневно обличают прогнившую буржуазную западную действительность... Ну, не могли, наверное, не написать – не пропустили бы иначе, небось... Я решил переменить свои планы... Тем более, что сказано: «Умный меняет свои решения, дурак – никогда!» И привести целиком кусок из этой главы. Отступление щедринское.

Цитата:
«Здесь да позволено мне будет небольшое отступление по поводу так называемых прогрессистов.

Это народ очень загадочный, совмещающий с чувствительностью души и слезливостью в голосе непреодолимую страсть к «куску».

Они постоянно скорбят и постоянно выставляют себя последним убежищем, не выражая ясно, но давая почувствовать, что чего-то очень хорошего.

Обыкновенно они рекомендуют себя следующим образом:
- Не обвиняйте нас! Мы не всё можем, что желаем! еслибы вы знали, чтО нам стОит отстоять самую малую часть добра, к которому мы стремимся, вы оценили бы наши усилия, вы отдали бы полную справедливость нашему самоотвержению!

Или:
- Поберегите нас! Мы последнее ваше убежище! Не будь нас – и то малое, чтО вы видите ещё уцелевшим, погибло бы без возврата! Мы не можем действовать определённее, потому что в таком случае должны были бы совсем отказаться от деятельной роли! Посудите сами, полезно ли это будет даже в ваших интересах!

Голос взволнован, жест прост и задушевен, вся глубина чувства так и просится наружу, а если к этому присовокупить белейшее и тончайшее бельё, безукоризненно сшитую одежду, прекрасные руки и проч., то действие получится поистине неотразимое.

Странники моря житейского так и льнут к прогрессистам, особливо в минуты потрясающих их несчастий. И действительно, никто не сумеет так утешить, сказать сочувственное слово, показать вдали перспективы.
- Когда наступит удобный момент... будьте уверены... а между тем призовите на помощь ваше мужество... всё к лучшему... несчастье отрезвляет... сознайтесь, что и отрезвления не всегда лишни...за всем тем, когда момент настанет, и т.д.

и рассуждать начинает как-то дерзко. ЧтО такое это «несчастие», которое за минуту перед тем приводило его в смущение? Это миф, это сон, это прах, для исчезновения которого достаточно было одного дуновения прекрасного прогрессиста! Это грёза давно минувших времён, которая едва-едва брезжится вдалеке! Дух его не только не упал, но окреп ещё больше, нежели до «несчастия»! Он начинает строить планы, он верит в будущее, надеется выиграть двести тысяч, даже не обладая ни одним билетом выигрышного займа...

Но проходит момент за моментом, а будущее всё ускользает да ускользает из рук. «Несчастие» не брезжится где-то вдалеке, а глядит прямо в глаза и с каждой минутой всё суровее и суровее. Чем легче окрылялись надежды, тем легче они гаснут. Скверное сочетание легковерия и беспомощности представляется во всей наготе.

- О, прогрессисты! – восклицает в отчаянии бедный странник моря житейского.

Увы! он неправ только тем, что с этого восклицания ему следовало начать, а не кончать им.

Прогрессист – такой же идеолог, как и консерватор или ретроград, и душа его так же мало откликается на дело, как и душа самого заскорузлого ханжи обскуранта. Какой же резон для него идти каким-то другим путём?

Никто не видал, чтобы прогрессист когда-нибудь чем-нибудь поступился, чтобы он усовершенствовал свою чувствительность до того, чтобы выпустить «кусок», который он раз защемил зубами. Будучи от природы покрыт скользким веществом, он пользуется этим преимуществом, чтобы увёртываться и скользить, но пользуется лишь до тех пор, пока не зайдёт речь о «куске». Напоминание о «куске» производит в нём панику, а паника – целый ряд решений и действий, которым позавидовал бы огнепостояннейший из ретроградов.

Вся жизнь прогрессиста есть непрерывное и опасное сидение между двумя стульями; и если он не испытывает невыгодных последствий этой опасности, то потому только, что в случае надобности он посидит как-нибудь и на весу. И должно отдать ему справедливость, он так искусно сидит на весу, что многим кажется, что так именно и следует всегда сидеть. И вот во всех сердцах зажигается удивление и созидаются алтари; из всех уст несутся гимны и песнопения. А он между тем жуёт да жуёт свой «кусок» и даже не давится им...

Памятуя стих Пушкина:

Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман...
(Извините, внимательный читатель! Даже и тут перебиваю сам себя!.. Я был уверен, что у Пушкина: нам дороже... Пока сейчас, удивившись щедринской «цитате», посмотрел у Пушкина. «Герой» называется. Таки там прекрасно:

Да будет проклят правды свет,
Когда посредственности хладной,
Завистливой, к соблазну жадной,
Он угождает праздно! - Нет!
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман...
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран...


Гораздо умнее и, главное, совершенно другая, человеческая мысль...)

Цитата:
- он окрыляет одних и... (это я уже к Щедрину вернулся - В.Р.) кувыркается перед другими. То есть: с одной стороны, приобретает пламень благодарных сердец, с другой – ласку и куски. Ласку он ценит плохо, но «кусок»... о! «куска» он не выпустит ни под каким видом!»
Вот такой «отрывочек». Комментарии, наверное, и здесь без надобности. Или Вам, читатель нужны, как говорит га... Нет, знаете, мне больше нравится: «незаменимчик»... Как говорит незаменимчик, пароли, имена, явки?..

И не в величии и провидческом гении М.Е. тут дело. И не в том, что, мол, всё повторяется... Тут не с Экклезиастом мне конкурировать. Нет, дело в том отношении, что выразил один умный товарищ в «Макбете», когда его спросили: а что, мол, это такое было? Он и ответил: «Земля, как и Вода имеет газы. И это были пузыри Земли». Пузыри Земли... Так к ним и стоит относиться, к ним и их программам спасения... (Замечу, что я-то написал о них за 20 с лишним месяцев до самороспуска СПС, а М.Е. – за 140 с лишним лет!).

*****

…Это здесь, читатель, вы видите сплошной, не раздробленный временем на небольшие куски, текст. А в интернете... Можно оставить текст надолго, а потом, когда снова появится время и настроение, опять усесться за компьютер и начать барабанить по клавишам... Я так и поступал порою – просто здесь этого не углядеть... Сяду и... Ну что же?.. Месяц назад поместил я в этой теме, - писал я на сайте, - свою последнию реплику... И никто не отозвался... Пока - не отозвался... Нет, я вроде должен быть если не «доволен», то «удовлетворён»: смотрю, тема вызывает определённый интерес (вон просмотров-то вроде бы много... и новые всё появляются), но откликов пока таки не видно. Я тут пишу и в других темах, и нельзя сказать, что там мои слова уж совсем остаются без внимания... Отнюдь! Но здесь... Может, уже слишком много написано и внимательный и благосклонный читатель просто-напросто не чувствует себя способным дочитать до конца?.. Ну, вот, скажем до этого места... Потому что, мол... слишкам многа букафф... и я могу, значит, вообще, писать всё, что душе угодно,.. Молоть, что называется...Всё равно, мол, никто до этого места не дочитает...

Могу, допустим, сообщить, что думаю, мол, будто главный гарант всего хорошего не только на территории одной восьмой (а раньше-то была аж шестая!) части земной суши (о водной части и не говорим!), но и значительно большего пространства: Европы там, Ближнего, Дальнего и Среднего Востока, Колумбии, Ирана, Венесуэлы и др... Что он просто, по моему предположению, за время той самой своей важной работы за рубежом в качестве шпиона и диспетчера шпионской деятельности других товарищей, в связи с некоторой неловкостью в применении инсайдерской информации в делах своего, осуществляемого одновременно с основной работой, семейного бизнеса, был перевербован разведкой другой страны... Какой?.. А понятия не имею!.. Не-ет... Вовсе не для передачи сведений... А зачем же?..

А вот, например, два чудесных французских автора написали как-то книгу «Люди ЦРУ». Так они там пишут об успешной многолетней работе Управления по созданию (в Латинской Америке в первую очередь, правда... но и не только! В ЮВА, скажем, тоже) в других странах правительств-агентов. Чтоб они способствовали превращению этих стран в нечто безобидное и безопасное для Америки и для Запада вообще... Чтобы там не было никакой демократии, никакого свободного развития, а был бы этакий сырьевой придаток западной экономики, чтобы правительства эти делали бы не что попало, а то что служит интересам Соединённых Штатов в их неустанной конкуренции с этой объединённой Европой, которая стала о себе что-то последнее время слишком много воображать, и вообще... Ну, конечно, чтоб народ там в этих странах не догадался, что его страна... Ну... Некоторым образом не совсем самостоятельна... Надо не просто допускать, а прямо таки поощрять антиамериканскую пропаганду для внутреннего потребления, и даже, чтоб на самотёк дело не пускать, контролировать, да и немножко и финансировать её, чтобы сбоев не было... Вот как во времена гитлеровского возвышения крупный капитал не просто одобрял, а прямо-таки деньгами (тогда это были марки) поддерживал его панегирики, направленные против него самого, этого крупного капитала... И почему? Они что с ума там посходили? Ничего подобного!.. Они понимали: разговоры разговорами... От них ничего страшного произойти не может, а вот чтобы народ шёл за этим человеком, чтобы движение к тем самым целям, ради которых мы поддерживаем и финансируем этого человека... Чтобы оно было обеспечено... Вот это – важно!...

Вообще интересные люди, эти французские авторы, братья, по-моему... Если кто спросит, могу побольше о них рассказать... только никто ведь не спросит... Как мой любимый Н.Щедрин писал в «Завещании моим детям»:

Цитата:
«... и так она (бабушка его... не чиновника М.Е.Салтыкова, а писателя – Н.Щедрина!) этой своей политикой всю вотчину свою устроила, что когда вступил в управление имением папенька Иван Матвеич и, по обычаю, спросил мужичков, довольны ли они и не нужно ли чего, то они не отвечали, а только лапу сосали»...
А они (эти французские авторы) ещё тогда, в предисловии к той книге писали, что начали уже работу над другой книгой под названием «Люди КГБ»... Да, наверное, не только начали. Наверное, давно и написали, и опубликовали... Просто на русском я упоминания о ней не встречал. А по-французски я не читаю, и искать в сети смысла для меня нету... Тогда, видать, про ЦРУ-то книгу перевели на русский... Мол, врагов разоблачает!.. Вскрывает их подлые методы... А нам-то от этого... Как говорят, «никакого вреда, кроме пользы»!.. А уж о КГБ... Это незачем. Не нужно этого народу!.. Да и нету давно уже никакого этого КГБ!.. Пора забыть уже это наше ужасное прошлое!.. Теперь наш народ... «вынесет всё, и широкую ясную к счастью дорогу проложит себе, жа...»... хотя это о другом... Простите, отвлёкся!..

Но я и не об этом. Чего об этом писать, раз так и так никто не прочтёт!... Я просто хотел заканчивать это наше «обсуждение»... о стабильности. Хотел уже поставить на полку этот лежащий рядом с моим компьютером 3-й том из того самого «огоньковского», ещё при Сталине изданного, собрания сочинений Н.Щедрина...

Но перед этим привести Вам, читатель, несколько ещё отрывочков из этого тома... А может, что и из иных томов, что я уже где-нибудь цитировал... а вдруг кто прочтёт-таки!.. Поместить, чтобы... Тут три цели передо мною.

Я хотел бы поделиться с Вами своим искренним восхищением. Это - раз.

Хотел бы пригласить Вас разделить со мною мою глубокую грусть... Местами переходящую в тоску. Это – два.

И хотел бы выразить Вам робкую надежду свою на... Впрочем, о надежде – в самом конце. Это – главное, но... Только для тех, кто дочитает!

Последний раз редактировалось VladRamm; 25.12.2020 в 02:22.
Ответить с цитированием