Форум Демократического сетевого сообщества  

Вернуться   Форум Демократического сетевого сообщества > Золотой фонд общественно-политической публицистики

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 10.01.2019, 04:06
VladRamm VladRamm вне форума
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 23,444
По умолчанию Ирина Тумакова: «Куда шлепнулась боевая часть, мы не знаем»

Название: download (2).jpg
Просмотров: 596

Размер: 68.8 КбПрезидент Владимир Путин назвал подарком россиянам на Новый год гиперзвуковую ракету «Авангард» с непредсказуемой траекторией. Авиаинженер Марк Солонин объясняет, что еще непредсказуемо в этом проекте

— Испытание ракеты «Авангард» — это уже тот самый рывок, который нам обещали?


— Я внимательно перечитал сообщение на сайте Министерства обороны. Оно абсолютно корректное. Да, были проведены испытания межконтинентальной баллистической ракеты с — внимание! — планирующей головной частью. Эта планирующая головная часть совершила маневрирование в горизонтальной и вертикальной плоскостях, то есть влево-вправо и вверх-вниз, потом, может быть, еще раз и, в конце концов, поразила условную цель на Камчатском полуострове.

Что такое «планирующая головная часть», как она маневрирует и в какой момент нам начинать радоваться?

— Обычная отделяющаяся головная часть ракеты падает вниз, как брошенный камень, по баллистической кривой. На камень, как вы понимаете, после того как он вышел из вашей руки, вы уже повлиять никак не можете. В этом есть и свои плюсы, и свои минусы. Огромный плюс в том, что это просто. Как учили меня в Куйбышевском авиационном институте, самый надежный агрегат — это отсутствующий агрегат.

Если нет никаких рулей, рулевых машинок и так далее, то нечему и ломаться. Камень просто падает по законам баллистики, существующим независимо от наших ошибок.

Соответственно, мы можем рассчитать траекторию, проверить расчеты многочисленными испытаниями, уточнить — и, в конце концов, мы точно знаем: если головная часть будет отделена от ракеты на такой-то высоте при такой-то скорости под таким-то углом, то она плюхнется в известную точку. У лучших современных ракет точность — плюс-минус сотня метров.

Но точно так же это могут просчитать те, кто захочет нашу боеголовку перехватить.

— Вот! И в этом — недостаток. Если все прогнозируемо и рассчитываемо, то и противник может определить траекторию, по нескольким замеренным локатором точкам рассчитать ее всю и постараться перехватить. На этом строится система ПРО. Кстати, израильская система «Железный купол» работает по тому же принципу: локаторы определяют траекторию, засекают несколько точек, и этого достаточно, чтобы компьютер рассчитал уже всю траекторию и выяснил, куда эта ракета попадет. Если она попадет в пустое место — пускай попадает, а если не в пустое — надо сбивать.

И мы — первые, у кого появилась мысль сделать ракету, которую не перехватишь?

— Такая мысль появилась еще во время Второй мировой войны у немцев. Они приделали к своей V-2 «крылышки», чтобы у нее появился планирующий финальный участок полета, чтобы она немного дальше летела. В январе 1945 года они провели первые испытания. «Крылышки» отломались при скорости 4 Маха, а это уже почти гиперзвук. Дальше эта мысль, конечно же, посетила советских ученых. Эскизы и рисунки из записных книжек Сергея Павловича Королева опубликованы, в них мы тоже видим головную часть ракеты с такими маленькими-маленькими крылышками.

То есть уже тогда было понятно: если к свободно падающей головной части, к болванке, мы приделаем махонькие «крылышки», а к ним — какие-нибудь рули управления, какую-то рулевую машинку поставим, то у нас свободно падающий камень превратится в планер. По своим формам эта штука похожа на бумажного голубя, которого мы все с вами делали в детстве из листа бумаги. Скорость чрезвычайно высокая, а все аэродинамические силы зависят от квадрата скорости, поэтому даже очень маленьких крылышек достаточно, чтобы активно маневрировать на десятки километров влево-вправо и вверх-вниз.

Минус только в том, что слишком сложно, может сломаться? Так все современные конструкции сложные, и там есть чему ломаться.

Название: content_RIAN_5595283.HR.ru.jpg
Просмотров: 216

Размер: 83.7 Кб— Не только. Если мы начинаем управлять полетом головной части, то неизмеримо вырастают требования к системе управления и наведения. И становится очень высокой вероятность, что мы промахнемся. Одно дело, когда головная часть падает по известной траектории, на которую не влияет ничего, кроме земного притяжения. Совсем другое — когда мы все время вмешиваемся в траекторию.

Значительно возрастает вероятность ошибки, вплоть до того, что мы попадем куда-то в десятках километров от цели.

Зато такую ракету никакая ПРО точно не перехватит.

— Да, тут у противника задача перехвата становится суперсложной. Перехватить ракету практически невозможно, о чем нам и сказал Владимир Владимирович.

Ура?

— Давайте эти общие рассуждения переведем на язык конкретных цифр. Ракетной войны, слава богу, не было. Поэтому никто не знает, как на самом деле будут взаимодействовать атакующие ракеты и система ПРО. И слава богу. Но есть, к сожалению, гигантский накопленный опыт войн с применением боевой авиации. И мы с точностью до сотых процента знаем, какова реальная эффективность систем ПВО. В частности, во время арабо-израильской войны, вошедшей в историю под названием Войны Судного дня, арабы, которых вооружал Советский Союз, имели серьезные системы ПВО, новейшие советские зенитно-ракетные комплексы. И в первые дни войны эти комплексы очень эффективно работали, потому что у израильтян не было систем радиоэлектронной борьбы, которые могли бы на них воздействовать. В ту войну израильская авиация понесла тяжелейшие в ее истории потери. Они описаны по дням, по часам, по участкам фронта.

И каков масштаб потерь, когда есть эффективные средства ПВО?

— Тяжелейшие потери — это 0,91 процента. То есть на 100 боевых вылетов — примерно один сбитый самолет. В самый-самый тяжелый период на определенном участке фронта — аж 4,23 сбитых самолета на сотню вылетов.

Это значит, что обычные боеголовки, без всяких «крылышек», ПРО в большинстве тоже не перехватит?

— Так точно. Не надо быть академиком, чтобы понять, что

противоракетная оборона неизмеримо сложнее, что перехватить маленькую, очень твердую, очень прочную, несущуюся с чудовищной скоростью боеголовку гораздо сложнее, чем пилотируемый алюминиевый самолет.

И там цифры будут уж никак не больше. Предположим, что планирующий боевой блок, совершающий маневрирование в горизонтальной и вертикальной плоскости, несбиваем. Вероятность того, что он достигнет цели, — 100 процентов…

Вот!..

— …А обычная свободно падающая болванка, которая стоит на вооружении на сотнях ракет у нас, в США, в Англии, в Китае и так далее, достигнет цели с вероятностью 96 процентов.

То есть все — ради четырех процентов?

— Да, речь идет о том, что

обычными, свободнопадающими боеголовками мы можем уничтожить Америку 67 раз, а новыми, планирующими по непредсказуемой траектории, — 72 раза.

Цифры я взял с потолка, но чтоб вы поняли масштаб праздничного успеха.

Наверное, с военной точки зрения и это хорошо?

Название: download (1).jpg
Просмотров: 214

Размер: 64.8 Кб— С точки зрения тех, кто осваивает бюджет, — да, хорошо. Но если оценивать перспективы в достижении победы в ядерной войне, то не изменилось ничего. Массированный удар отразить не сможет никто — ни мы, ни американцы. Массированный удар приведет к тому, что более 90 процентов боевых частей достигнут целей.

То есть государства-противники будут уничтожены, а скорее всего, и на большей части Земли будут созданы условия, неприемлемые для жизни человека.

Поэтому никакого изменения военно-стратегической ситуации не произойдет, даже если на смену свободнопадающим боевым частям, имеющим почти 100-процентную вероятность попадания, придут другие, у которых вероятность 100-процентная.

Вы сказали, что с точностью попадания могут быть проблемы. Насколько они критичны?

— О точности попадания Министерство обороны ничего нам не сказало. И это понятно, испытания совершенно секретные. Но получается, что мы не знаем, не привела ли эта замечательная непредсказуемая траектория к тому, что боевой блок шлепнулся неизвестно где? А это и есть то самое главное, почему нарисованные еще в начале 1960-х годов эскизы и картинки крылатого планирующего боевого блока никогда не были реализованы. Происходит непредсказуемое снижение точности попадания.

Совершенно неслучайно требования по точности попадания сейчас формулируются в сотнях и даже десятках метров. Потому что главные цели, которые надо поразить, — это не города с гражданским населением, а командные пункты, подземные бункеры, системы управления, пусковые позиции вражеских ракет, военные аэродромы, пункты базирования вражеских подводных лодок и так далее. Это в прямом смысле слова точечные цели. И даже ядерный заряд имеет ограничения в мощности и поражающих возможностях. Если наша задача — уничтожить подземный бункер, но мы ошиблись на два километра, то, скорее всего, в бункере разве что лампочка под потолком будет раскачиваться. Современные боевые части ракет — это 150 килотонн, 200 килотонн. Это всего лишь в 10 раз больше, чем было в Хиросиме. В жилом массиве это зона сплошного поражения всего-то 3–4 километра в диаметре.

А мы не будем больше покупать томографы, а сделаем много-много «Авангардов» и запустим…

— Можно вообще ничего никуда не запускать. Давным-давно посчитано, что

если Соединенные Штаты на собственной территории взорвут весь свой ядерный арсенал или Россия — на своей территории весь свой арсенал, а это тысячи боеголовок, то жизнь на Земле просто прекратится.

Так что не надо для этого даже никуда стрелять.

А вообще мы с вами тут обсуждаем вещи довольно странные.

Мы с вами не сами придумали это обсуждение. Я тоже предпочла бы обсудить новые методы лечения рака, например.

— Но если в этих безумных разговорах попробовать найти хоть что-то не безумное, то некоторый военный смысл имеет одно: нанести прицельный удар и вывести из строя ключевые точки, о которых я уже сказал. А для этого нужна достаточно высокая точность поражения. Планирующая и маневрирующая головная часть именно в этом как минимум создает огромные проблемы. Главнокомандующий рассказал нам только о непредсказуемости траектории. Куда боевая часть шлепнулась — мы не знаем.

Название: content_RIAN_5595288.HR.ru.jpg
Просмотров: 215

Размер: 67.3 КбТо есть это ракета с непредсказуемой траекторией и непредсказуемой точностью попадания?

— Скорее всего — да.

Головная часть ракеты не только планирующая и маневрирующая, она еще гиперзвуковая.

— А это другой сюжет. Под словами «гиперзвуковой летательный аппарат» технические специалисты во всем мире понимают следующее: аэродинамический летательный аппарат, способный осуществлять длительный установившийся полет в атмосфере на гиперзвуковой скорости. Гиперзвуковая ракета — это объект, имеющий свой двигатель, который работает, пока не кончится горючее. А планирующий головной блок — это то, что просто падает, только падает медленно и пролетает при падении большее расстояние, чем обычный камень. Слово «планирующий» здесь ключевое. Оно сразу убирает произошедшие испытания из разряда того, что имеет отношение к гиперзвуковым ракетам.

Что касается собственно гиперзвуковых ракет, по которым идут интенсивные работы, то здесь есть огромные проблемы, связанные прежде всего с тепловым барьером. Когда самолеты — например, американский разведчик SR-71 или наш МиГ-25 — начали летать со скоростями в три маха, уже выяснилось, что передние кромки крыла, оперения, носовая часть фюзеляжа разогреваются до таких температур, при которых обычные алюминиевые сплавы теряют прочность. А уж на гиперзвуке обычные авиационные сплавы просто превратятся в жидкое тесто.

Тут-то 27 Махов — 27 скоростей звука. Путин сказал об «Авангарде», что он «идет к цели, как метеорит, как огненный шар».

— Прекрасно сказано! Образно и точно!

Когда такая штуковина летит на такой скорости, она окружена клубком раскаленного до сотен градусов ионизированного воздуха. В результате ее очень хорошо видно.

Ее видно в радиолокационном диапазоне, в тепловом диапазоне, она очень легко обнаруживается. При этом сама она совершенно «слепа»: через это облако ионизированного воздуха, уже до некоторой степени плазмы, ничего не видят бортовые локаторы. То есть вопрос о реальной боевой эффективности подобного оружия очень спорный.

Как мы можем убедиться, что оно вообще существует?

— Я не исключаю вероятность того, что вообще все эти разговоры про гиперзвуковые летательные аппараты — блеф. Блеф, имеющий целью втянуть потенциального противника в бессмысленную трату интеллектуальных и материальных ресурсов.

Наподобие грандиозного блефа со «Звездными войнами», который устроили в 1980-е годы американцы.

Я не берусь категорически утверждать, что это блеф. Может быть, есть какие-то оперативные задачи, которые способно решить это оружие с гиперзвуковой скоростью крейсерского полета. Но пока я не видел никаких внятных описаний, сделанных инженерами для инженеров, в чем вообще эти гиперзвуковые ракеты могут быть полезны.

Советский Союз повелся на «Звездные войны» и в гонку вооружений втянулся. Российская пресса уверяет, что теперь американцы в панике. Но если все так, как вы рассказываете, то они ведь должны понимать, что это все или бессмысленно, или невозможно, или блеф? И не пугаться надо, а покрутить пальцем у виска?

— Что они и сделали: покрутили.

https://www.novayagazeta.ru/articles...tm_source=push
Ответить с цитированием
  #2  
Старый 14.01.2019, 01:01
VladRamm VladRamm вне форума
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 23,444
По умолчанию

.................................................. .....................
Ответить с цитированием
  #3  
Старый 15.01.2019, 04:30
VladRamm VladRamm вне форума
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 23,444
По умолчанию «Более неперспективных работ мы не делали никогда»

Название: _____________________00001.jpg
Просмотров: 40

Размер: 144.8 КбЧто собой представляет гиперзвуковой, неуловимый для американской ПРО комплекс «Авангард»? На вопросы спецкора «Новой» (Ирины Тумаковой) ответил инженер, разработчик РЛС Андрей Горбачевский.

— Андрей Алексеевич, что мы знаем о проекте «Авангард», который, по сообщению Минобороны, в июне был запущен в серийное производство, но спустя полгода, как теперь выяснилось, прошел испытания?


— Известно, что к концу этого года ракет «Авангард» будет всего две штуки. Две «сотки» (УР-100, межконтинентальная баллистическая ракета шахтного базирования, принятая на вооружение в СССР в 1967 году. — И. Т.) модернизируют и оборудуют двумя новыми боевыми блоками. На втором этапе число «Авангардов» планируют довести до двенадцати. А уже потом, если к 2023 году появятся ракеты «Сармат», «Авангарды» могут устанавливать и на них. Но это все дальние планы, неизвестно, будут ли они реализованы. И, по-моему, более неперспективных работ мы не делали никогда.

Неперспективных? А как же «отличный подарок стране к Новому году»?

— Президенту дают сведения, а он же юрист, а не инженер, его легко вокруг пальца обвести.

Но почему вы называете работу над ракетами неперспективной?

— Если брать обычную ракету, ту же «сотку», то обычных боевых блоков в каждой помещается шесть штук. А здесь мы сможем поставить вместо шести бомб одну, хоть и более мощную. В этом нет смысла.

«Авангард» по размеру намного больше обычной боеголовки?

— Существенно больше. Самые эффективные ядерные бомбы — мощностью от 100 до 300 килотонн. На «Авангарде» предполагается делать на одну или две мегатонны. Это просто невыгодно: после взрыва колоссальное количество тепла просто уйдет в космос. Шесть бомб по триста килотонн в несколько раз эффективнее, чем одна на две мегатонны.

Но дело не только в мощности. Головной блок «Авангарда» — маневрирующий.

— А зачем маневрировать? У нас планируется максимум 12 этих «Авангардов». То есть стрелять можно будет только по самым важным стратегическим объектам. А такие объекты у противника снабжены объектовой противоракетной обороной. Подлетать к этой ПРО боеголовкам придется в любом случае. И здесь важно, с какой скоростью они подлетят.

Разве «Авангард» подлетит не с гиперзвуковой скоростью?

— Обычные боевые блоки подлетают к цели под крутыми углами с той скоростью, с какой летели в космосе. Это что-то близкое к первой космической, обычно 7 километров в секунду. «Авангард», входя в атмосферу на высотах 50–80 километров, должен перейти на траекторию вдоль земли и начать маневрировать. У него есть что-то вроде «крыла» — плоское днище, за счет которого он пролетит еще две-три тысячи километров. Потом он будет за счет сопротивления воздуха тормозиться, потому что летит чисто по инерции. Его скорость будет уже далеко не 7 километров в секунду. Спрашивается — зачем это нужно?

У «сотки» и так дальность полета — 10 тысяч километров. Мы и так Северную Америку перекрываем со всех сторон. В Южную? Так у нас там вроде целей нет.

Он же не просто летит. Он маневрирует, им можно непредсказуемо «пошевелить», он неуязвим для ПРО.

— Высокоскоростную цель и без маневров сбить очень тяжело. У американцев большинство противоракет — корабельные, кинетического действия, то есть требуется прямое попадание. Попасть в обычный боевой блок сложно, он маленький. К тому же таких блоков на ракете, повторю, шесть, они разлетаются — каждый к собственной цели. Они уже перенасытят ПРО: ей надо пустить хотя бы две противоракеты на каждую цель. Но обычная боеголовка ведь не планирует и не маневрирует, и скорость подлета к цели у нее такая, что обе противоракеты могут промахнуться. Получается, у нас одна ракета с обычными блоками накрывает шесть целей сразу. И если пара противоракет промахивается, система не успевает запустить следующую. Американцы неслучайно предупреждают население: не существует системы ПРО, которая гарантированно сбивала бы ракеты с разделяющимися головными частями.

И вот вместо шести маленьких и быстрых боеголовок мы ставим одну большую и помедленнее?

— Именно так. И по эффективности «Авангард» не лучше обычного боевого блока, потому что он на ракете один.

Может ли его маневрирование создать проблемы с точностью попадания по цели?

— Может, но это как раз не очень страшно. «Авангард» — штука большая и тяжелая, поэтому туда можно поставить собственную инерциальную навигационную систему. Датчики, грубо говоря, пружинки с грузиками, измеряют текущее ускорение. Тормозите — грузик сжимает пружинку, ускоряетесь — его тянет назад. Если такие грузики поставить по трем осям, то вы знаете, какие ускорения в какие стороны направлены. Дальше по законам кинематики вычисляете текущие координаты. Современные высокоточные инерциальные системы построены так же, только «грузик» у них электронный. Но чем интенсивнее маневр, тем большие ошибки дают датчики, тем ниже точность. Если маневр слабенький, ухудшения точности не будет, но и перехватить его намного легче.

Известно, как именно способен маневрировать «Авангард»?

— Это от нас скрывают, мы не знаем, какое ускорение он способен создавать. Судя по крылышкам, не сильно-то он и маневрирует. Скорее всего, маневренность будет зависеть от высоты. На малых высотах он сможет маневрировать больше, так там и сбить его проще. Но вот он перешел на траекторию вдоль поверхности земли — и летит, маневрируя. При любом маневре у него резко возрастает аэродинамическое сопротивление. Потому что летит он несколько боком.

И чем сильнее он маневрирует — тем больше падает скорость. Он сделает пару-тройку сильных маневров — и затормозится.

Маневрировал, маневрировал, только затормозился — тут его и сбили?

— Да, покрутился, покрутился, потом «думает», что опасный район пролетел. Летит дальше. Но он же не знает, в какой момент его обстреливают: приделать к нему головку, которая бы «видела», кто атакует, невозможно, температура настолько высокая, что любой локатор на «носу» сгорит. А у американцев основные ракеты ПРО стоят на кораблях. Где находится корабль — не угадаешь. То есть наш боевой блок должен все время лететь и маневрировать. Тогда скорость у него упадет, и он быстро свалится.

А как именно, на сколько метров может измениться точность попадания?

— Для стратегических межконтинентальных ракет итоговая ошибка допустима в пределах ста-двухсот метров. За счет маневрирования ошибка, конечно, увеличивается, но не вдвое. Для ядерной боевой части это непринципиально, поскольку ее взрыв разрушает все на километры вокруг.

Разве что вы стреляете по шахте, в которой находится ракета противника, тогда надо точнее наводиться. А если по какой-нибудь электростанции, то промах в пару сотен метров становится уже не важен.

Но если у нас таких ракет всего две или пусть даже двенадцать, это, наверное, предъявляет повышенные требования к точности? Если бить, то наверняка?

— По какой цели? Если ваш стратегический объект — большой город-мегаполис, то совершенно все равно, куда ракета попадет.

Если это такая неперспективная, как вы говорите, разработка, зачем СССР начал ею заниматься еще в середине 1980-х? Зачем в начале 2000-х работы возобновили в России?

— В 1980-х эти работы были начаты в ответ на программу Рейгана «Звездные войны». А почему возобновили — вот не могу сказать. По-моему, это было глупое занятие. Гиперзвук — это вообще не для размещения на стратегических ракетах. Есть отдельные гиперзвуковые ракеты. Российская противокорабельная ракета «Циркон» — классический пример. Она летит на высоте километров сорок, скорость у нее 8 Махов. «Циркон» экономичнее «Авангарда», потому что меньше масса. Он летит в атмосфере, не выходит в космос, у него тоже есть некое подобие «крылышек», и он летит вдоль поверхности, пользуясь в качестве окислителя наружным воздухом. Сама по себе ракета — тонны три.

А «Авангарды» ставят на межконтинентальную ракету, которой требуются и керосин, и окислитель. Она потому и «сотка», что 100 тонн весит.

А зачем аналогичные «Авангарду» разработки с начала 2000-х ведут и американцы, и китайцы, и англичане, и японцы?

— Не аналогичные. Никто не делает межконтинентальные баллистические ракеты с гиперзвуком. Делают именно чистые гиперзвуковые ракеты. Ставить гиперзвук на баллистические ракеты просто глупо.

Экономичнее — это же не значит эффективнее с военной точки зрения? У этих ракет и задачи разные, и скорости различаются в три с половиной раза.

— Надо еще доказать, что с военной точки зрения такие высокие скорости эффективны. Скорость у «Авангарда» большая, «крылышки» маленькие, маневрировать он может несильно. А есть такое правило: чтобы перехватить ракету, противоракета должна обладать располагаемой перегрузкой раза в два-три больше, чем у цели. Потенциальный противник может на противоракете увеличить крылышки — и она будет маневрировать в нужное число раз эффективнее, чем «Авангард». Тогда она его перехватит.

Может ли потенциальный противник снабдить ПРО какой-нибудь штукой, которая будет просчитывать маневры «Авангарда»?

— Нет, наведение противоракеты основано на другом принципе. Наземный радиолокатор видит цель, просчитывает траекторию и посылает радиокоманды, которые противоракета отрабатывает, наводясь на цель. Но последние пять-десять процентов полета противоракета переходит на собственное наведение, у нее есть головка с маленьким радиолокатором. На таких расстояниях «Авангард» уже не очень-то поманеврирует, поэтому предсказать последние секунды его полета нетрудно.

Путин пообещал, что «Авангард» будет незаметен для локаторов.

— Еще один недостаток «Авангарда» в том, что он очень заметный: он нагревается до очень высоких температур, порядка полутора тысяч градусов, и сильно светится в инфракрасном диапазоне. Можно на противоракету поставить инфракрасный датчик, тогда противоракета будет наводиться на «Авангард» очень точно.

Так его, получается, еще и проще перехватить, чем обычную боеголовку?

— За счет высокой температуры — да, перехватить гораздо проще.

Подождите. Его же как раз разрабатывали именно как неуязвимое для ПРО оружие. В чем тогда эффективность «Авангарда»?

— Если использовать его как обычную межконтинентальную ракету, то и эффективность обычная.

Зачем на него потратили столько денег, сил, времени?

— Нынешние американские противоракеты еще не могут перехватить «Авангард». В маневрирующую цель они действительно не попадут. Но вообще опыта перехвата маневрирующих целей у военных полным-полно. Просто для этого используется другая боевая часть. Не кинетическая, а осколочно-фугасная, например. Грубо говоря, бомба взрывается, осколки летят во все стороны и поражают цель. Это значит, что под наш «Авангард» американцам придется полностью переделывать свои системы ПРО.

Значит, мы действительно вгоняем американцев в дополнительные расходы.

— Американцы занялись бы этим с большим удовольствием, потому что это миллиарды долларов. Пентагон в восторге!

Поэтому он сейчас и запугивает обывателей: у русских появилась такая угроза, ребята, отстегивайте налоги. Но согласится ли их Конгресс ради двенадцати российских «Авангардов» выделить финансирование на модернизацию всей системы ПРО — большой вопрос. Зато мы-то деньги точно потратим. Нам же еще надо «сотку» модернизировать, потом «Сармат» делать, а это уже не 100 тонн, а больше двухсот.

Можно ли на «Сармат» поставить шесть «Авангардов», чтоб боевая часть разделялась и создавала те же трудности для перехвата, как сейчас — обычные боеголовки?

— Обычных боевых блоков «Сармат» сможет нести уже двенадцать, в отличие от «сотки». А сколько туда можно поставить «Авангардов» — один или впихнуть три, — это большой вопрос. Размеры «Авангардов» засекречены, но впихивать их неудобно, у них эти «крылья» торчат. Ставить один вместо 12 блоков — вообще глупость.

Предположим, мы американцев втянем в создание средств противодействия. Как должны развиваться наши разработки, чтобы опять их опередить и напугать?

— Это та самая гонка вооружений, на которой Советский Союз и грохнулся. У нас есть совершенно другая колоссальная проблема: у нас нет надводных кораблей. А это — реальные операции.

Спрашивается: куда мы будем применять «Авангарды»? Мы по Сирии выстрелим «Авангардами»?

По Америке. Мы же от нее должны защититься.

— А Америка хочет на нас нападать?

Кажется, не очень…

— Не очень. То есть «Авангард» нужен только для внутреннего потребления, чтобы рассказать народу, какая у нас великая армия? Отсутствие морского флота лишает нас возможности проводить какие-то локальные операции. Мы уже не можем защищать свои интересы в реальных делах. У нас даже нет кораблей, которые доставляли бы грузы в ту же Сирию. Боеприпасы и все остальное возят десантными кораблями, которые для этого не приспособлены. У нас нет главного по нынешним временам боевого корабля — эсминца, последний был сделан в Советском Союзе. У нас есть только маленькие кораблики, боевые лишь по названию. Но если президент скажет построить пять эсминцев, разве это вдохновит народ? А вот сказать, что мы построим маневрирующий «Авангард», которого нет в мире, — совсем другое дело.

Никто ведь не уточняет, что в мире его потому и нет, что с боевой точки зрения он неэффективен. Никто глупостей не делает. Только мы.



https://www.novayagazeta.ru/articles...gvver0bfSEP0OQ
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.
Быстрый переход


Часовой пояс GMT +3, время: 11:19.


Powered by vBulletin® Version 3.7.3
Copyright ©2000 - 2019, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot