Форум Демократического сетевого сообщества  

Вернуться   Форум Демократического сетевого сообщества > Авторские форумы > Владимир Рамм

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 22.12.2010, 08:22
VladRamm VladRamm на форуме
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 21,275
По умолчанию Владимир Рамм: Размышления о дуализме в социуме

Нажмите на изображение для увеличения
Название: Я - середина апреля 2009.1b.JPG
Просмотров: 310
Размер:	14.6 Кб
ID:	2726Организатор дискуссии о дуализме, ответившая на вопрос: «А почему вдруг о дуализме?» словами: «Потому что это интересно!», обратилась ко мне с вопросом, а не могу ли я стать одним из её содокладчиков, не найдётся ли у меня что сказать по этому вопросу, столь волнующему как тех, кто называет себя философами (и даже искренне считает, что так и есть), так и тех, кто к философии не имеет никакого отношения и о том, что это за рыба дуализм, и под какое вино она идёт лучше всего, и не подозревают? Хотя, как говорил М.Жванецкий, всё остальное подозревают. Я сказал: «Легко. Я могу поговорить о социуме.» - «Прекрасно» - ответила организатор. Настал день, и я поговорил – столь долго, сколько разрешили. Уложился. На следующий день она позвонила мне со словами: «А теперь представьте текст. Всю дискуссию будем публиковать». Здравствуйте! Мы вроде так не договаривались, но зачем же обижать женщину, что мне доверилась? Это какой-то прямо-таки дуализм получается... Короче, написал я. А раз уж написал... Да!.. Хочу предупредить Вас, добрый читатель, что некоторые обороты и даже примеры я использовал ранее в статьях – Вы уж не сердитесь!.. А какие и где, не скажу – авось не заметите...

Итак. Я не собираюсь спорить о том, что же такое этот самый дуализм... Просто скажу, что я под этим термином понимаю и попытаюсь немного поговорить о проявлениях дуализма (ещё раз: как именно я его понимаю!) в жизни социума (я предпочитаю не пользоваться такими терминами, как «общество» или «народ», ибо в них слышится что-то патетическое; а патетика, на мой взгляд, научному подходу противопоказана).

Под дуализмом я понимаю такие, если можно так назвать, «антагонистические» компоненты какого-либо явления или понятия, которые вроде бы должны быть несовместимы, даже взаимоисключаемы: «или – или», а, в действительности, оказываются взаимосвязанными... И мало того, не способными существовать друг без друга! Ещё раз повторюсь: может быть, Вы, читатель, понимаете под дуализмом нечто другое; я не буду ввязываться в терминологический спор – если хотите, назовите тот объект, о котором я собираюсь говорить, иначе... Но я собираюсь говорить именно о нём. Как говорится: «Не любо – не слушай...»

Итак. Первое. Решения и политика. Для начала, предполагая, что все примерно одинаково представляют себе, что такое решения, хочу уточнить понятие политика, чтобы понятнее был антогонизм. Решения принимаются для одного прецедента... Вложить куда-то деньги, поехать куда-то в отпуск, сделать предложение такой-то даме (или, наоборот, подать на развод), проголосовать за... да, за что-угодно!.. Выйти на площадь, в конце концов!.. Это совершенная форма глагола. Сделал и всё – «вопрос закрыт». А политика – это... Можно было бы сказать: решения, заданные (растянутые) во времени; но получится какая-то внутренне противоречивая казуистика. Обойдём это место!.. Политика – это выбор некоторых принципов поведения, принципов действий... причём, это касается как стратегии, так и тактики: дело не столько в протяжённости или в «горизонте планирования», сколько в повторяемости, в построении и выборе именно принципов, коим в последствии собираешься следовать... Короче говоря, несовершенная форма глагола... Можно, конечно, принять решение изменить политику, и это будет осмысленное решение... Можно выработать себе политику: принимать решения только по утрам, на свежую голову, и это будет разумная политика... Я сказал, что политика это «принципы»: всегда голосовать за демократов, бегать по утрам не менее часа, придерживаться (или не придерживаться!) вегетарианской диеты, жениться только на блондинках, выходить замуж только за лысых, всегда проводить 20-минутную артподготовку непосредственно перед наступлением пехоты, вести самолёт на как можно бОльших высотах, покупать только японские автомобили и японскую радиоэлектронику, играть на повышение на бирже, с наступлением темноты не выходить из дома безоружным и пр.

Любопытны примеры амортизационных политик... По правде говоря, у меня, когда я работал в России, было впечатление, что никто из тех, кто принимает решения, касающиеся основных фондов, не понимает, что такое амортизационная политика; ни на уровне Госплана, ни на уровне Минфина, ни на уровне Совмина. Во всяком случае, такое суждение можно было вывести из бумаг, которые они выпускали (за высочайшими подписями!). Если судить о ситуации в нынешней России с основными фондами (с любыми! С заводами, электростанциями, самолётами, отопительными сетями etc.) ничего не изменилось и поныне. Если в нормальном мире существует мониторинг основных фондов и планово-предительная система ремонтов и обслуживания, то в России была и, судя по всему, сейчас применяется «послеаварийная» система ремонтов. Стенания про изношенность фондов и отсутствие средств для поддержание их в штатном состоянии – это не свидетельство «трагичности» или «драматичности» ситуации; это свидетельство глубочайшего экономического невежества. Зачем принимаются решения о введении в действие основных фондов, если они не сопровождаются политикой финансирования «нужд» этих фондов?

Поясню ситуацию в сельско-хозяйственных терминах. Если имеется, скажем, 20 коров, и на кормление этих коров выделены деньги (неважно, откуда они взялись), то идея потратить эти деньги на покупку ещё 10 коров вряд ли может быть названа «нецелевым расходованием средств», деньги идут вроде бы на увеличение поголовья скота... Но я бы за такое использование «кормовых» денег, конфисковывал бы имущество у принимальщика таких «мудрых» решений, и на вырученные от реализации этого имущества деньги приобретал бы корма для «обновлённого» стада в 30 коров, не дожидаясь просьб о выделении денег для спасения несчастных животных. Со всяческими основными фондами происходит то же самое – просто глупость (чуть прикрытая криками и лозунгами о техническом прогрессе и модернизации) не так сразу заметна; не столь явно бросается в глаза...

Здесь замечу, что дуализм товарно-денежных отношений в сопоставлении-противопоставлении «решения-политика» (денежные решения и денежная же политика) сопровождает всех нас постоянно. Однако говорить о денежных механизмах таких «разумных» сочетаний решений и политик я здесь не стану. Это потребовало бы существенно более предметного разговора об износе (и физическом, и моральном), о генетической модернизации, о налоговой политике, о прогнозировании технического прогресса (с его предсказаниями во времени) и пр., и мы ушли бы от нашей темы очень далеко...

Лучше коснёмся такой тонкой материи, как мораль... Решения – это действия, обусловленные конкретными обстоятельствами, в которые попал тот, кто эти решения принимает. Эти обстоятельства определяют критерии выбора, ресурсы, риски и, в конечном счёте функцию полезности (без объяснений, что это такое). А политика – это убеждения, принципы... Не мнения, что могут измениться ввиду новых фактов или обстоятельств, а именно убеждения, представления о достоинстве и чести, то, что от обстоятельств не меняется, то, за что человек готов идти на смерть... Убеждения тоже могут менятся; но не от обстоятельств, а от того, что у человека меняется само представление о том, что такое жизнь, как она устроена, вообще... Смягчая просочившийся пафос, я скажу, всесто слова убеждения – представление о нормативном поведении. То, как человек полагает правильным поступать: как он (искренне!) думает, что он говорит другим, что пишет и т.п. Тут я подхожу к самому главному. Ощущение разницы между представлением человека о нормативном поведении, и поведением, к которому его вынуждают обстоятельства, я называю совестью. Мало того, я убеждён, что это именно ощущение и есть совесть, без привлечения каких бы то ни было высоких материй, гипотезы Бога, понятий Добра и Зла и т.п. И, заметьте, я ничего не говорю о том, каково именно это нормативное поведение. Это неважно!

Я поясню свои слова несколько жутковатым примером, но... Вы предупреждены... Человек, скажем, для определённости, исповедующий нацистские взгляды, искренне считает, что неполноценные расы, и в первую очередь, евреев, следует уничтожать. По долгу службы он занят сжиганием группы евреев, запертых в сарае. Внутри этого человека остались какие-то человеческие атавистические инстинкты – снаружи до них не докричаться, но они есть, остались как рудименты – и он сделал вид, обманывая прежде всего самого себя, что не заметил, как женские руки выбросили из сарая ребёнка, и этот ребёнок побежал к лесу... Он осознаёт, что нарушил долг и его мучают... Да, угрызения совести! Не из-за того, что он сжигает людей (и детей в том числе!), а из-за того, что он уклонился от исполнения долга. Хочу заметить, что многие авторы уже не один век говорят о том, что такое «трепетное» отношение к долгу особенно характерно для германцев. Впрочем, Клаудия Кунц в своей книге «Совесть нацистов», недавно появившейся и на русском, пишет об этом куда лучше моего! Именно эта необходимость примирять два взаимоисключающие представления о должном в своей голове, она и только она порождает муки совести. И, конечно, противоречие это, этот дуализм люди разрешают по разному: со своей совестью человек всегда договорится. У него могут измениться представления о должном, представления о нормативном поведении.

М.Ходорковский – прекрасный пример такого выбора пути разрешения противоречий. Если в период становления бизнеса, Михаил Ходорковский мог, как это теперь говорят, «объяснить происхождение всех своих миллионов, кроме первого» и пускался во все тяжкие, насколько это позволяло несовершенное законодательство того времени, то далее, начав общаться с зарубежными контрагентами, он увидел, понял высочайшую цену доверия в серьёзном бизнесе, он понял цену прозрачности для процветания не воровского, а настоящего дела, где работают ум и расчёт, инновации и основанное на доверии сотрудничество, а не хитрость и обман. Вы помните те самые «крамольно-еретические» слова, что он сказал тогдашнему президенту?.. «Ваши министры – воры, господин президент!» Слова, после которых великий нацлидер на всю жизнь понял, что одновременно с Ходорковским он находиться на свободе не может. И приложил, да и сейчас прикладывает все силы, чтобы и самому в тюрьму не попасть и Ходорковского из тюрьмы не выпустить... Сейчас М.Ходорковский (см. последние письма и выступление на суде) исходит из того, что дел уголовных можно настряпать сколько угодно, а честь у человека одна, и поступаться ею он не намерен, даже если для этого придётся умереть. Он так договорился со своей совестью.

Здесь я должен пояснить, что я не просто не берусь судить о виновности-невиновности Михаила Ходорковского, меня этот вопрос не интересует. Я не хочу разбираться в правоприменительной практике того времени, времени его ареста и задавать вопросы типа: почему, мол, он один, когда все поступали точно так же... Речь идёт о Законе, для коего, массовость или эксклюзивность нарушения не играют существенной роли, хотя избирательное применение «закона» во всём мире называют произволом. Государство имеет в своём распоряжении все без изъятия законные средства для компетентного, гласного и соответствующего нормам процессуального кодекса судебного разбирательства. Однако оно идёт на прямое и грубое нарушение собственных законов и совершает по отношению к подсудимому, свидетелям и родственникам его противозаконные действия.Это может означать только одно – по закону это государство не может ему инкриминировать ничего. Попрание закона в деле ЮКОСА известны всему миру и возмущают множество людей во многих странах, не говоря уже о специальных решениях Страсбургского суда по этому поводу. Значит, Михаил Борисович Ходорковский должен быть на свободе.

Но человек может договариваться со своей совестью иначе. Он может изменить своё представление о поведении, обусловленном обстоятельствами, когда место чести занимает продажность и трусость. Или человек перестаёт ощущать дистанцию и говорит что-нибудь вроде: «время было такое», «нас так учили» и т.п. Это – цинизм.

Второе. От разговора о совести естественно перейти ко второй части моего «печального» повествования дуализме в социуме: о товарной и социальной опорах этого самого социума. Я оттолкнусь от типичной реплики типичного по-советски воспитанного возмущённого покупателя на рынке при взгляде на цены (или при ответе на вопрос: «Сколько?»): «Да у Вас совесть есть?!...» И после этого темпераментные рассказы об интимных отношениях с матерью продавца... Поймите, пожалуйста, уважаемый читатель, жизнь любого социума (общества, популяции) не сводится к рынку - просто потому, что это жизнь. Рынок - необыкновенно полезная штука для тех, кто на него пришёл. Здесь и сейчас. Ну, а кто не успел, тот опоздал. Будущие поколения, например. Или те, кто ещё мал, или те, кто уже стар, или умер (у него могут быть правоприемники), или те, кому не добраться... И самое главное: нормальный современный рынок не включают в себя такие штуки как совесть, мораль, честь и другие "предметы", нужные для выживания социума. И не должен включать!

Попытка включить совесть и честь в рыночные отношения сразу приводит к тому, что они приобретают цену и меняют названия: первая начинает называться продажностью, вторая - подлостью. И не в том даже соль, что эти "предметы" нужны социуму сами по себе (хотя и нужны!), а в том, что для некоторых неотторжимых видов жизнедеятельности социума рынок не может служить достаточной опорой - нужна мораль. Скажем, школа и организация детства, фундаментальная наука, поэзия, музыка и астрономия, архитектурный ансамбль, фонтан, благоустроенный английский парк и воспроизводство лесов, захоронение ядерных отходов, экология и космос. Товарности - этого всего не удержать; попытки дают ужасающие результаты. Хотя и бывают побочные эффекты рыночного толка.

Муниципалитет решает построить гранитную набережную и группу красивых зданий - в одном разместить современную картинную галерею, в другом - симфонический оркестр. Итог: город начинает привлекать респектабельных граждан; сумма аккумулируемых налогов растёт; спрос на жильё идёт вверх - цена жилья тянется за ним - муниципалитету доход. Но это всё же изыски... Всё взаимосвязано. А главное, как говорил Ю.Андропов: "Мы не понимаем общества, в котором живём". Мы, вообще, мало чего понимаем.

В Бразилии было построили тангенциальную дорогу через сельву - раньше были только радиальные - из Рио (страна работала исключительно в режиме: экспорт-импорт), а там же климат и условия потрясающие: воткни зонтик, говорят, утром вырастет второй; так они грандиозный проект зашарили на тему: как сберечь дорогу, чтоб её джунгли не поглотили. Построили. И через неделю обнаружили, что в обе стороны от дороги распространяется пустыня. Стремительно. Вы думаете, в человеческом обществе проще, чем в джунглях?.. Хм!.. Ну, не понимаем... Ну, бывает... Как быть? - А Гиппократ научил: не навреди!.. И вот тут-то и начинается... Именно об этом дуализме и речь: товарное и социальное. Не сводимые друг к другу основы жизни социума.

Российские очень сильные экономисты, политологи и... можно по-старинному сказать: "сотрудники Министерства Пропаганды", а можно по-современному: "специалисты по пиару" или , проще, "пиарщики" пытаются справиться с непростой проблемой - ограничившись товарно-денежной терминологией, говорить обо всём на свете. И, знаете, справляются! Смотрите. Назовите шлюху - шлюхой, и вы стыдитесь знакомства с нею. Назовите её потаскухой - неуважение, презрение остались, а стыда уже нет - может вы, вообще, в переносном смысле... Назовите её проституткой - и уже можно организовать профсоюз для борьбы за свои права, и государство будет заботиться и о здоровье, и о защите. Наконец, назовите её сексуальным работником - и всё. Она может баллотироваться в сенат! А ведь это одна и та же женщина. И, кстати, это не различные стороны её дарования, а одна и та же сторона! И рассказывать о ней и её профессии можно по разному. Можно поставить замечательные фильмы: "Интердевочка" и "Pretty woman", а можно направить пафос в противоположную сторону и Л.Толстому с Г.Мопассаном написать "Воскресенье" и "Пышку" (да и экранизировать их), а то и Э.Олби пьесу сочинить "Всё в саду", например, не так ли?

И не говорите, пожалуйста, о всеобщем падении нравов и пр. Взаимоотношения полов не очень изменились за несколько последних тысячелетий. Просто талантливые и достойные люди обычно рождаются-таки от любви. А с другой стороны... Ну, не верю я, что, отработав свои часы на панели, "сексуальный работник" станет интересоваться культурой страны проживания или её судьбой... Назовите наёмного убийцу сначала киллером, а потом - спецназовцем на договоре. Видите, как растёт его престиж?!

В одной общественной организации довелось мне заседать вместе с начальником районного КГБ (приличный человек, даже единственный в этой организации статьи мои читал; может, только по должности, но всё равно приятно), так он стукачей своих называл: "наши добровольные помощники" - и, смотрите, тоже вроде достойные люди получаются.

А можно ещё рэкетира (вымогателя, т.е.) и кидалу (т.е. мошенника) назвать бизнесменами, бандитов ласково назовём братками, расистов - патриотами, взяточников... как их Г.Х.Попов -то красиво называл, когда мэром был?.. По-моему, людьми, что личными усилиями способствуют прогрессу; назовём их смазкой хозяйственного механизма... Мы получим изумительное общество, блестящий мир... О таком примерно восхитительном мире писал когда-то австро-британский поэт Эрих Фрид в стихотворении "Мероприятия" (мне оно известно в переводе В.Куприянова; я чуть-чуть изменю пунктуацию, чтоб не столько места занимать):

"Лентяи будут убиты - мир будет прилежным
Уроды будут убиты - мир будет красивым
Глупые будут убиты - мир будет мудрым
Больные будут убиты - мир будет здоровым
Печальные будут убиты - мир будет весёлым
Старые будут убиты - мир будет юным
Враги будут убиты - мир будет дружным
Злые будут убиты - мир будет добрым"


Я надеюсь, Вам, читатель, не надо разжёвывать, что после таких «мероприятий» по построению счастливого, прям-таки идеального гармоничного общества, Вы получите выжженную пустыню... И не в том дело, что надо много хороших и разных людей, а в том, что Вы не можете позволить себе ликвидировать лентяев, уродов, глупых, больных, печальных, старых, врагов и злых – нужен дуализм, без него мир погибнет... Не надо это пояснять?.. Ну, не буду, а то я было подумал: вдруг кто-нибудь не поймёт... Мало ли что... Да, так для пикантности (для острой приправы) добавим в это изумительное общество, о коем мы говорили, людей "нетрадиционной сексуальной ориентации". А остальных (нормальных) людей станем называть "лохами" - им, вообще, в этом обществе места нет. Всё великолепно, но будущего у этого мира - нету, да оно ему и не нужно (только здесь и сейчас!); а, впрочем, и дети ему не нужны. Ждём "варваров", подобно римской империи? Как Вам, читатель, исламские фундаменталисты на эту роль?

Цитата:
"Худший грех — фальшивая универсальность "никто не чист". Со слов "кто в этом мире невинен, как ангел" начинается "соревнование в мимикрии, поражающее своей эффективностью; вымышленное оправдание неотличимо от подлинного, и причиной тому не столько совершенство игры имитаторов, сколько не вполне чистая совесть общества",
— писал Станислав Лем в "Народоубийстве", считая игнорирование безобразий разного толка и "соревнование в мимикрии" жирным питательным субстратом для появления "невинных", бытовых форм фашизма/нацизма/тоталитаризма, при благоприятных условиях оформляющихся в убийственные, но пошлейшие доктрины, опирающиеся на пресловутую "норму".

Цитата:
"Люмпены, чернь, унтер-офицерские сынки, помощники пекарей и третьеразрядных писак", "люди посредственные, но не желающие принять это к сведению, как манны жаждущие приобщения к элите, наконец-то получили возможность попользоваться жизнью на славу. <...> Убийство оказалось вдруг приговором исторической справедливости, грабеж — воинской доблестью; любую мерзость, любую гнусность можно было оправдать и возвысить, дав им иное название".
Это не про Польшу того времени, когда Лем писал эти строки, – это про путинский агитпроп и сегодняшнюю Манежную площадь в Москве.

Последний раз редактировалось VladRamm; 02.03.2012 в 15:00. Причина: Та самая организатор диспута попросила кое-где разъяснений, а я включил их и сюда
Ответить с цитированием
  #2  
Старый 23.12.2010, 07:03
VladRamm VladRamm на форуме
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 21,275
По умолчанию Размышления о дуализме в социуме. Продолжение

Говорю я не о названиях, а о том же самом дуализме: не надо смешивать товарность и социальность. О поддержании социального составляющей социума надо заботится отдельно – инструмент называется демократией; а о товарной – отдельно; он называется рынком.

Здесь я хочу заметить, что в конце 80-х питерский «Час пик» опубликовал мою статью, где я объяснял, почему полагаю деление... ээ-э... противопоставление общественных укладов капитализм – социализм надуманным. Есть товарность. Её можно попытаться отрицать. Можно изучать марксовый «Капитал» в советских вузах (пожалуй, слову «изучать» тоже нужны кавычки!). На американских экономических факультетах изучают... Но стоит вспомнить, что вождь мирового пролетариата ещё в 1902 году в своей бессмертной работе «Что делать?» объяснил, как будет устроено счастливое общество под руководством прогрессивнейшей «рабочей» партии. По замечательным инструкциям (а позже и заветам) вождя товарность была ликвидирована, все идеи «Капитала» и даже социал-демократии были похерены и заменены прекрасным лозунгом, выражающим самую суть советского (да, пожалуй и любого другого) «социализма»: «То, что вам надо, мы вам дадим. То, что мы не дадим, то вам не надо!» Гитлер (один из достойнейших учеников Ленина... добавлю, что министр пропаганды д-р Геббельс ленинские статьи о партийном строительстве наизусть заучивал). Так Гитлер (лидер не менее рабочей партии, NSDAP) высказывал эти самые идеи о отношениях партии рабочего класса и самого рабочего класса (идеи, о которых Ленин говорил неустанно) гораздо позже, аж в начале 20-х!

Ликвидацию товарности (и делегитимизацию частной собственности) вместе с попыткой создать, воспитать «нового человека» я сравнил бы с попыткой создать такого «нового» человека, отрезав здоровому мужику яйца. Конечно, у него появятся новые качества, высокий голос, к примеру... Есть даже целые «школы» скопцов, которые утверждают, что оскопление необыкновенно полезно... Но на «новом человеке» я бы настаивать не стал.*

Товарность заменило централизованное планирование. Фридрих Хайек в «Дороге к рабству» писал, что централизованное планирование, централизованное хозяйствование неминуемо ведёт к концентрационному лагерю. Но ведь концентрационный лагерь – это не обязательно плохо...

Позвольте с этого места чуть-чуть подробнее... Многим, очень многим жизнь в СССР нравилась (я говорю не про уровень, а про устройство, про организацию этой жизни), и ностальгические чувства не покидают их даже после десятилетий жизни на Западе. А ведь это была концлагерная, фашистская практически организация жизни. И война 1941-45 гг. это была не война с фашизмом; это была война с агрессором, война за свободу от иноземного рабства, ради сохранения рабства отечественного... Чтобы ситуация стала яснее, я приведу написанное в 2009-м стихотворение замечательного современного поэта Юрия Леонидовича Нестеренко

"Ностальгирующим"

Цитата:
Ах, какая была держава!
Ах, какие в ней люди были!
Как торжественно-величаво
Звуки гимна над миром плыли!
Ах, как были открыты лица,
Как наполнены светом взгляды!
Как красива была столица!
Как величественны парады!
Проходя триумфальным маршем,
Безупречно красивым строем,
Молодежь присягала старшим,
Закаленным в боях героям -
Не деляги и прохиндеи
Попадали у нас в кумиры...
Ибо в людях жила - идея!
Жажда быть в авангарде мира!
Что же было такого злого
В том, что мы понимали твердо,
Что "товарищ" - не просто слово,
И звучит это слово гордо?
В том, что были одним народом,
Крепко спаянным общей верой,
Что достоинства - не доходом,
А иной измеряли мерой?
В том, что пошлости на потребу
Не топили в грязи искусство?
Что мальчишек манило небо?
Что у девушек были чувства?
Ах, насколько все нынче гаже,
Хуже, ниже и даже реже:
Пусть мелодия гимна - та же,
Но порыв и идея - где же?
И всего нестерпимей горе
В невозможности примирений
Не с утратою территорий,
Но с потерею поколений!
Как ни пыжатся эти рожи,
Разве место при них надежде?
Ах, как все это непохоже
На страну, что мы знали прежде!
Что была молода, крылата,
Силы множила год за годом,
Где народ уважал солдата
И гордился солдат народом.
Ту, где светлыми были дали,
Ту, где были чисты просторы...
А какое кино снимали
Наши лучшие режиссеры!
А какие звенели песни!
Как от них расправлялись плечи!
Как под них мы шагали вместе
Ранним утром заре навстречу!
Эти песни - о главном в жизни:
О свободе, мечте, полете,
О любви к дорогой отчизне,
О труде, что всегда в почете,
И о девушках, что цветами
Расцветают под солнцем мая,
И о ждущей нас дома маме,
И о с детства знакомом крае,
И о чести, и об отваге,
И о верном, надежном друге...
И алели над нами флаги
С черной свастикой в белом круге.
Мне кажется комментарии только испортят впечатление. Итак, концентрационный лагерь – это не обязательно плохо, а свобода хорошо? И глубокая мысль нынешнего российского местоблюстителя: свобода, мол лучше, чем несвобода, вовсе не носит абсолютного обязательного для всех характера, особливо, если это касается выбора между свободой и несвободой для других... Вот и А.Солженицын в самом начале своего романа «В круге первом» (и сериала одноименного) говорит, что ведь и не было другого средства собрать вместе, под одной крышей, за соседнеми столами талантливейших специалистов, выдающихся учёных и заставить их работать почти круглосуточно...

И не надо уверять себя в «правильности» своего неприятия «шарашки», успокаивая себя же внешними признаками неблагополучия: шмоны, колючка, карцер, отсутствие свиданий, репрессирование родственников, полуголодное существование, стукачи-солагерники и тупые «бдительные» держиморды непосредственные начальники... Давайте улучшать! Кипятильник вам нужен? – будет вам кипятильник!.. Нет. Не в уровне благополучия дело. Дело в Вашем собственном, в Вашем личном выборе, в Вашем предпочтении: быть рабом или быть свободным человеком. Рабом – это часто означает: «на всём готовом». Как помните М.Салтыков-Щедрин альтернативу обозначил: конституции вам хочется или севрюжины с хреном? И не рассказывайте, что лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным! Нету (не на этот вопрос, а на поставленный) - заведомого ответа.

Мне довелось прожить в неволе 38.5 месяцев - в армии после института. Мне повезло. Первые месяцев 20 – планшетист; через день двухсменная вахта: 2 раза в сутки по 6 часов в своём закутке за планшетом, пока воздушная обстановка спокойная. А неспокойная она – часа полтора в сутки (если не ученья). Я знал, что никогда не будет, столько «свободного» времени. Там за планшетом я прочёл кучу книг по математике, читал все стоящие толстые журналы, переписывался с 34 респондентами... Вы можете это себе представить?!.. И никаких забот о еде, постели, одежде, крыше над головой. И всё же наслаждаясь этой «запланшетной» беззаботностью, я знал, что свобода имеет-таки некоторые преимущества по сравнению со службой (несвободой).

А года два назад прочёл я об американце, выпущенном из тюрьмы через 19 с лишним лет заключения, что планировалось, как пожизненое, – оказалось: он не виноват. Но я говорю не об ужасе безвинного заключения, не о беспечности Фемиды, не о столь задержавшемся торжестве правосудия. Я о том, что, находясь в тюрьме, он выучил испанский, научился играть на шести музыкальных инструментах и даже получил (правда, небольшую – газета говорит об этом извиняющимся тоном) учёную степень! И всё-таки он, не имеющий специальности, захотел выйти на свободу от этой «лафы».

Помните пьесу Гильерме Фигейредо «Лиса и виноград (Эзоп)»? И вопрос главного героя: «Где ваша пропасть для свободных людей?!» Когда в тюрьме ужасно, а на воле всего лишь плохо, я уж не говорю про «хорошо», то выбор очевиден. Нет, я говорю о том случае, когда в тюрьме – хорошо.

Вынесем за скобки качество жизни, оно важно, но почему соловей в клетке не поёт, почему сколько волка не корми... Почему многие крупные животные «в неволе не размножаются»? Тюрьма, концлагерь вместе с системой централизованного планирования – это другая организация жизни. При ней подчинение, исполнительность важнее творчества, важнее раскрытия потенциальных возможностей.

Когда возник пожар, важно действовать как единый кулак – слажено и организованно. Централизация необходима. Приказ – и иди в огонь. Подчинение требуется беспрекословное. Как у рабов. Но тут-то и смысл. Если во время пожара главным начальником является главный пожарник, то когда пожар окажется, наконец, потушен, власть его ведь сойдёт на нет... потеряет легитимность (ежели по-научному). А ему, пожарному начальнику, хотелось бы эту власть, абсолютную власть сохранить. И для этого нужно... Ну, читатель, у Вас же хватит сообразительности!.. Для этого нужно, чтобы пожар полыхал постоянно! И кольцо врагов! И внутренняя агентура империализма (или по-современному: зловредной западной закулисы, только и мечтающей... Да ну, повторять противно!). И никакого созидания, никаких инноваций! Никакой свободы! И никакой демократии! Ш.Монтескье выразил этот критерий с кристальной, на мой взгляд, чёткостью: «для того, чтобы понять отношение лидера к демократии, надо поинтересоваться, что он предпочитает: стать во главе свободных людей или управлять рабами?»

Вот он настоящий дуализм. Свобода – рабство... Они сосуществуют! А о других аспектах дуализма в социуме... Как-нибудь в другой раз...

Последний раз редактировалось VladRamm; 21.01.2011 в 18:31. Причина: Мм-м... Заголовок пришлось подправить
Ответить с цитированием
  #3  
Старый 30.12.2010, 07:14
VladRamm VladRamm на форуме
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 21,275
По умолчанию Размышления о дуализме в социуме. Окончание

История с текстом, написанным мною по просьбе организатора дискуссии о дуализме, однако так быстро не закончилась. Это был только первый акт. Второй начался после того, как организатор, получив текст, начала над ним работать (кавычки у слова «работать», пожалуй, не нужны). Она же не просто организатор дискуссии; она ещё и главный редактор того самого сборника, где собираются публиковать материалы этой «дуалистической» дискуссии. И она работает над текстом, как редактор. Мы общаемся по-телефону, и я оказываюсь очень неудобным сочинителем...

Должен признаться, что я немножко представляю себе редакторскую работу, не столько потому, что несколько раз (периодов) в жизни выступал в роли главреда стенных газет, сколько потому, что занимался компьютеризацией издательского дела, для чего, как Вы, читатель, наверное, понимаете, надо формализовать насколько возможно, процесс прохождения рукописи от появления текста до типографии. Даже, помню, столкнулся с такой «неформализуемой» (а может, мне только кажется, что неформализуемой и даже неразрешимой?..) ситуацией. Я обсуждал эту ситуацию с редакторами и главными редакторами издательств... Главный редактор вовсе не умнее и квалифицированнее редактора, как главврач не обязательно квалифицированнее участкового врача; но знает об организации работы он обычно поболее. Я спрашивал: если рукопись уже прошла редактирование, но по какой-то причине информация об этом потеряна, можете Вы, глядя на рукопись, сказать, что работа по редактированию уже проделана, или Вам понадобится всё делать по-новой? Или хотя бы, что она проделана большей частью? Сохраняется ли наблюдаемый результат работы или только сведения, что она проводилась... Я, мол, учи-и-ил...Ни от кого я не получил тогда содержательного ответа. А ведь цензура и Главлит были тогда в СССР обязательной и решающей ступенью... Как без редактора?.. Нет, ничего!..

Ну, упрёк в многословии я сразу отмёл, сказавши, что по тому набору, по той куче соображений, что я высказал в тексте... Давайте, ради демонстрации скромности моей, не будем называть их «мыслями», как Вам такая мысль?.. Ээ-э... такое соображение?... Так вот, по этим соображениям я берусь провести двух-, а то и трёх-семестровый семинар. И будет интересно!.. Некоторые «цветочки красноречия» выкинул – в чём-то она меня убедила; а кое-какие оставил – я её убедил... А выкидывал даже и с благодарностью. Кое-что, казавшееся мне очевидным, разъяснил... Всё-таки взгляд со стороны на рукопись очень полезен. Я был благодарен ей, она высказывала удовольствие от понравившихся мест... Мы были довольны друг другом, пока...

Вы заметили, там в тексте, в конце одного абзаца стоит звёздочка (*)? Если нет, не беда, я приведу предложение, ради коего эту звёздочку поставил: «Ликвидацию товарности (и делегитимизацию частной собственности) вместе с попыткой создать, воспитать «нового человека» я сравнил бы с попыткой создать такого «нового» человека, отрезав здоровому мужику яйца». Именно слово «яйца» стало камнем преткновения.

«Нельзя оставлять «яйца» в статье! – говорила мне редактор. – Это некультурно, неэтично и неэстетично. Это дворовый жаргон, недопустимый для статьи в научном журнале!». Я не уступал. «Найдите какой-нибудь другое выражение!.. Вы же умный человек... – уговаривала она меня, и сердце моё готово было расстаять. Но я не уговаривался. – В конце концов, если Вы даже убедите меня, и я пойду Вам навстречу, я же там в редакции не одна. Там есть уважаемые, заслуженные и... как бы сказать?.. Очень немолодые люди, для которых такой язык абсолютно неприемлем, и если я буду настаивать, меня просто выгонят с поста главного редактора! И тогда... Вы хоть представляете, что будет тогда с нашим сборником?!». Я оставался твёрд. «Ну, уступите!.. В конце концов, я же женщина!..» - «Ээ-э... - ответил я, - так нечестно! Мы с Вами разговариваем не как мужчина с женщиной, а как автор с редактором... » Вековой, нескончаемый спор...

Но сколько можно?!.. Я согласился заменить «яйца» на «гениталии», и мы закрыли вопрос... Редактор мой, наконец, действительно, женщина... А делать женщине приятное так приятно!.. Да, кстати!.. Читатель! Милый читатель!.. И не думайте!.. Это там, в сборнике я заменить согласился – здесь-то всё осталось, как было!

Российский-то национальный лидер... Не то что на всю страну – на весь мир сообщил, что хотел бы «повесить Саакашвили за яйца»... Саакашвили, если кто не помнит, - глава иностранного государства, члена ООН! «Вы что же – хотите подражать этому ничтожеству? – спросила меня редактор, когда я ей напомнил об этих языковых упражнениях великого Пу. – Хотите «мочить в сортире» и прочее? Вам это нравится?» - «Нет. Но я хочу докричаться до тех, которым нравится. Их миллионы. И это тот язык, который они хотят слушать. И я хочу разговаривать так, чтобы меня услышали... Может быть, через третьих-четвёртых лиц...».

Кстати, читатель, Вы заметили, как назвал Александр Подрабинек статью о судье Данилкине, и всей этой своре, засадившей Ходорковского с Лебедевым? Подрабинек не заморачивался – статья его называется «Засранцы» и опубликовал её «Ежедневный Журнал», читаемый миллионами. Речь не о том, чтобы опускаться до уровня... Речь о том, чтобы не давать форы шпане. Даже, когда эта шпана выступает перед всем миром со своими четырёхчасовыми нотациями...

А знаете, почему я подверстал с своему рассказу о дуализме историю о беседе с редактором по поводу статьи о дуализме? – Потому что редакторская деятельность (даже строгая) и цензура (даже мягкая) – это она, дуалистическая пара. Работа редактора с автором – это сотрудничество свободных людей. Хотя автор, может статься, обнаружит, что не сможет дотянуться до высокой планки, установленной публикатором: найти все источники (чтобы выверить цитаты, скажем), пояснить свои мысли и соображения, чтобы они стали понятны не только ему самому и его жене, но и кому-нибудь ещё, уложиться в заранее предписанный объём и т.п.

Именно в этом дело – требования предъявленны заранее. И автор может в одностороннем порядке удостовериться, соответствует этим требованиям или нет. А редактор выступает в роли не только корректора, но и доброжелательного гида... Текст может быть отвергнут, но автор способен обнаружить это самостоятельно; этот принцип и создаёт возможность полезного компьютерного (программного) редактора. Такой компьютерный помощник не только вычитывает текст, задавая вопросы по поводу того, что он полагает ошибочным, но и явно недоумевает, когда ему что-то кажется непонятным. Но главное: в диалоге с таким редактором у автора всегда есть возможность сказать: «нет, здесь нет ошибки; я написал так, как написал, намеренно». И у компьютера больше нет вопросов.

Не такова цензура! Цензор не сомневается. Он знает лучше автора. Он знает, как надо! Он знает, что пройдёт. А что «не пройдёт», ибо «они» не пропустят! Какие правила нарушены?.. Ах, оставьте! При чём тут формальные правила?.. Просто – это не пройдёт... Вы же сами всё прекрасно понимаете!.. И всё. Безо всяких почему. Уж Вы поверьте!

Цензура... Замечательные поэты Вяземский и Тютчев работали цензорами (на высочайшем уровне), а у Пушкина цензором стал лично Николай I, что поэта очень угнетало, а императора, как тот считал, возвышало... Пушкин писал, помните?..

...И мало горя мне, свободно ли печать
Морочит олухов, иль чуткая цензура
В журнальных замыслах стесняет балагура.
Все это, видите ль, слова, слова, слова...


Слово «чуткая» чуть не с десятого раза выбрал!

А Радищев – напротив: прям-таки настаивал на свободном книгопечататии: «Пускай печатают всё, кому что на ум не взойдет … Цензура печатаемого принадлежит обществу, оно дает сочинителю венец или употребит листы на обвертки… Оставь глупое на волю суждения общего; оно тысячу найдет ценсоров. Наистрожайшая полиция не возможет так запретить дряни мыслей, как негодующая на нее публика. Один раз им воньмут, потом умрут они и не воскреснут вовеки» ©. А Вы думаете, почему добрейшая и просвещённейшая императрица сослала Александра Николаевича в каторжные работы?.. В школе... Я не знаю, как Вас, читатель, а меня учили, будто за то, что он «взглянул окрест себя и душа его страданиями человеческими уязвлена стала». Ничего подобного! Именно за его крамольные мысли об уничтожении цензуры. Мысли, реально угрожающие стабильности путинской... Ээ-э... Что я говорю?!.. стабильности императорской власти.

Обратился я к Googlу, читатель, дабы уточнить, что дословно говорил Мандельштам о разрешённом воздухе, о нежелании и невозможности им дышать... Цитаты не сыскал, но Googlе выкинул меня на очень интересный разговор двух умных людей именно на ту тему, о которой я пытаюсь с Вами говорить. Статья «Культурные обязательства есть!» опубликована была в журнале «Искусство кино», No.9, 2009; не в цитате дело, в конце концов; просто хотел напомнить...

Цитата:
... Д. Дондурей. Вы думаете, возможна бескровная культурная революция, в результате которой разрешенный воздух не будет для художников унизительным? Я не очень в это верю. Только если мы договоримся, что Россия - европейская страна. Тогда и система координат будет соответствующей... <…> Если вы посмотрите любую бумагу, созданную правительством по поводу экономики или политики, вы найдете там самые разные социальные обязательства, а вот культурные - никогда. У нашего правительства нет культурных обязательств перед страной.

К. Серебренников. Но мы с вами ни этим разговором, ни каким-либо действием никогда не поломаем сложившееся отношение к культуре. Оно всегда было таким.

Д. Дондурей. Не совсем. Начиная с Александра II, да и в советское время, у нее был высокий статус. Начальство не понимало, кто такие Мандельштам или Малевич, но уважали... И убивали тоже. Может, лучше равнодушие?

К. Серебренников. Боялись художников, робели перед ними, как перед чем-то умонепостигаемым. Опасались, как юродивых, к которым можно или нужно прислушиваться.

Д. Дондурей. С другой стороны, высшая власть понимала, что народный артист в символическом смысле чуть ли не секретарь обкома. Поэтому он жил в том же доме, что и партийная номенклатура, и обладал правом на госдачу. Имел прямое отношение к "статусно-престижному потреблению". Так что значение символического капитала в недавние времена прекрасно считывалось.

К. Серебренников. Это ведь тоже извращение. Художник не может сидеть в президиуме. Он, вообще-то, всегда находится по другую сторону от общепринятого. От общепринятого мнения, например. От власти. Гумилев говорил: "Я заговорщик, пишущий стихи, а не поэт, который принял участие в заговоре". Его взяли и шлепнули. И Мейерхольда тоже. Быть по другую сторону небезопасно.

Д. Дондурей. Не только. Мучили, награждали, уважали, расстреливали. Близкие были отношения. Андропов ходил на спектакли Любимова. Отдельные - разрешенные - зоны вольнодумства поощрялись. До определенного, конечно, предела.

К. Серебренников. Это все примеры безмолвных взглядов власти и культуры друг на друга. Пришли - посмотрели - ушли. Иногда отчитали. Или закрыли. Я считаю сегодня особо важным построить диалог культуры с властью. Принципиальный. С аргументами. С ними - с этой властью, к которой у нас столько вопросов и претензий, - надо тем не менее вести подробную работу. С ними надо договариваться. Их важно заставить себя услышать. А не бесконечно ходить и, пользуясь популярностью в народе или медийной известностью, клянчить деньги. Но для этого люди культуры должны сами понять нужность и важность такого диалога. И самим предложить модель сосуществования. Лизоблюдство, конформизм и продажность приводят к тому, что культура структурно повторяет модели устройства власти и становится вслед за ней олигархической, коррупционной, несвободной. Это ясно. Но и концепция неучастия: "Власть - говно, не буду травмировать свое обоняние" - приводит, как известно, не к сохранению культуры в ее морально-нравственной чистоте, а к параличу, потере преемственности поколений и к полному отключению от жизни. Что же делать?..
Мы снова с Вами, читатель, оказались... в рамках?.. в тисках?.. этого самого дуализма, будто никогда и не покидали их.


Конец декабря 2010. До Нового Года три дня
Ответить с цитированием
  #4  
Старый 03.01.2011, 05:03
VladRamm VladRamm на форуме
Совладелец
 
Регистрация: 21.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 21,275
По умолчанию

А это я получил от своего редактора. Посвящённое М.Б.Ходорковскому... Мы ведь ддолго говорили о нём...


Цитата:
2011

В кругу друзей, где нет забот,
Мы встретим Новогодний праздник.
Мы ждём: одиннадцатый год
Чудесным будет и прекрасным,

Здоровым, добрым, полным сил
И новых славных достижений.
Кто справедливости просил,
Пусть в мир вернётся – добрый гений.

И если был он виноват,
То искупил за годы эти,
И луч добра в 100 мегаватт
Нам в XXI веке светит.

И пусть уйдёт 37-й,
Останется в былом столетье…
Мой друг и современник мой
Терпеть не станет лихолетья.

Так выпьем за добро и свет,
За правду в XXI веке.
А зло и тьма сойдут на нет.
За ум и совесть в человеке!
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.
Быстрый переход


Часовой пояс GMT +3, время: 00:21.


Powered by vBulletin® Version 3.7.3
Copyright ©2000 - 2018, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot