Форум Демократического сетевого сообщества  

Вернуться   Форум Демократического сетевого сообщества > Золотой фонд общественно-политической публицистики

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 08.06.2021, 23:48
VladRamm VladRamm вне форума
Совладелец
 
Регистрация: 20.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 26,179
По умолчанию Дмитрий Травин:Почему в России все время говорят о революции

Название: 48Kgvy2n-580.jpg
Просмотров: 838

Размер: 165.8 Кб
Почему в России все время говорят о революции

Властям выгодно пугать народ угрозой «майдана», а оппозиции сложно избавиться от иллюзий.

Сейчас каждому, кто живет в реальном мире, приходится пересматривать сложившиеся за долгое время политические представления о России. Многое из того, что недавно еще казалось актуальным, перестает быть таковым.

Во-первых, прошлогодние события в Беларуси показали, сколь сложно опрокинуть авторитарный режим, даже если на улицы вышло большое число недовольных граждан. Революции ведь не возникают по заказу. Власть, способная обороняться, может удержаться и при серьезных протестах. Поэтому в России, где даже массовой мобилизации по-белорусски трудно ожидать, вероятность успешного «майдана» невелика. Кремлевская пропаганда будет твердить о его близости, поскольку именно такая «угроза» легитимирует репрессивные действия, но на самом деле сегодня нет никаких оснований говорить о переменах.

Во-вторых, недавние репрессии разрушили даже те оппозиционные структуры, которые с натяжкой могли восприниматься как возможные организаторы сопротивления. Алексей Навальный сидит и влиять на политические процессы из колонии не сможет. Созданные им организации разгромлены. Многие ведущие соратники эмигрировали. Массовая «регистрация на протесты» обернулась утечкой данных и опасностью потери работы даже для тех, кто еще не пытался протестовать. В такой ситуации «Открытая Россия»* (Генпрокуратура признала одноименную британскую организацию нежелательной в РФ — ред.) самоликвидировалась, чтобы не подвергать сотрудничающих с ней людей новым опасностям. И это был разумный шаг, свидетельствующий о реальном взгляде на вещи.

В-третьих, даже мирная просветительская работа становится затруднительна. Кремль хочет контролировать и дела, и слова. Навальный, объясняющий коррупционную сущность нынешнего политического режима, надолго лишен доступа к зрителям. Ведущие интеллектуальные центры, способные давать вдумчивому читателю информацию, альтернативную той, что идет от государственной пропаганды, получили статус иностранных агентов. Более того, сама возможность неподконтрольного просвещения ликвидирована изменениями в законодательстве. Не то что о коррупции в верхах, но даже о рынке и демократии теперь невозможно говорить без цензуры.

До недавнего времени в кругу людей, желающих перемен в России, обсуждать нереалистичность революционного сценария было не принято. Многим хотелось выдавать желаемое за действительное. И поскольку нынешнее руководство давно продемонстрировало неспособность к реформаторской деятельности, оставалось надеяться лишь на радикальную трансформацию режима.

Но сегодня накопилось слишком много фактов, демонстрирующих, что революционные ожидания столь же неоправданны, сколь и ожидания реформаторства со стороны Путина. Трудно не замечать, в каком мире мы оказались. Поэтому возникает вопрос: а почему вообще в нашем обществе так долго обсуждалась возможность «революции по заказу» и откуда возникло ощущение, будто в России случится нечто подобное?

Ответ очевиден. Все поколения советских людей воспитывались с представлением о том, что революция 1917 года была важнейшим событием нашей истории, главную роль в котором сыграла партия большевиков. Впоследствии с симпатиями к большевикам и к большевистской революции многие расстались — и даже стали большевизм ненавидеть. Но при этом в нашем сознании осталось представление, будто революцию можно организовать, то есть поднять на массовые протестные действия народ, которому что-то не нравится в существующем политическом режиме.

На самом деле революции в истории человечества случаются довольно редко. Мы сосредотачиваем на них внимание как потому, что революция 1917-го имела большое значение для нашей страны, так и потому, что учебные курсы обычно выстроены вокруг ярких событий, а не вокруг унылых будней авторитарных и монархических режимов. Возникает ошибка в восприятии: кажется, если мы столько говорили об этом, когда учились, то нечто подобное вполне может стать реальностью на нашем веку.

Однако жизнь уже 30 лет разубеждает нас в возможности легкого прихода революции. Конечно, бурные события августа 1991 года и впрямь революцию напоминали, но по-настоящему массового выхода людей на улицы тогда не было. За исключением героических защитников Белого дома население России в основном сидело по домам. Перемены произошли скорее благодаря расколу элит и острому конфликту между возникшими после него группировками.

И в дальнейшем народные массы оставались пассивными. А поскольку негативные последствия раскола элит Кремлю удавалось минимизировать, никаких революций не происходило даже тогда, когда гнев народный вроде бы должен был выплеснуться наружу.

В 1992 году на волне экономической реформы значительная часть населения России стала жить хуже. Казалось бы, именно в этот момент восставшие миллионы могли смести власть Ельцина. Кто только ни пытался в то время стать уличным лидером, чтобы оказаться новым Лениным или Троцким! Все эти люди сегодня практически позабыты. Им ничего не удалось сделать даже во время максимального политического обострения октября 1993 года.

В 1998-м многие снова думали, будто народ поднимется, поскольку девальвация снизила уровень жизни практически всего российского населения, а Ельцин был тогда уже непопулярен, в отличие от эпохи начала 1990-х. И опять — тишина. Страдающие от роста цен люди затянули пояса и полюбили вдруг Евгения Примакова как спасителя.

Итак, у нас нынче крайне мало оснований ждать каких-либо революционных событий. Путинский режим будет, по всей видимости, существовать еще долго. Значит ли это, что Россия обречена на провал? Нет, ни в коей мере. Но нам для того, чтобы определять свои перспективы, надо научиться, наконец, реально анализировать происходящие в стране процессы.

В следующий раз поговорим о том, как перемены в действительности могут происходить.

__________________________________________________ ___________

* В 2017 году Минюст признал нежелательными организациями Open Russia Civic Movement, Open Russia (Великобритания), OR (Otkrytaya Rossia, Великобритания). В российском движении «Открытая Россия» заявляли, что не имеют к ним отношения, а 27 мая 2021 года сообщили о прекращении деятельности.

https://www.rosbalt.ru/blogs/2021/06/01/1904400.html
Ответить с цитированием
  #2  
Старый 09.06.2021, 00:01
VladRamm VladRamm вне форума
Совладелец
 
Регистрация: 20.01.2009
Адрес: Бостон
Сообщений: 26,179
По умолчанию Дмитрий Травин: Что ждет Россию как нереволюционную страну

Название: 48Kgvy2n-580.1.jpg
Просмотров: 57

Размер: 142.3 Кб
Что ждет Россию как нереволюционную страну

Трансформация режима будет зависеть не от его убежденных противников, а от беспринципных коррумпированных конформистов.

У нас сегодня мало оснований считать, будто страна движется к революции (о чем шла речь в предыдущей статье). Но общество все больше выглядит предреволюционным. Значительная его часть раскалывается на тех, кто за путинский режим, и тех, кто против него. Именно непримиримость этих двух групп придает обстановке в России предреволюционные черты.

Сторонники Путина делают все возможное для того, чтобы его противникам плохо жилось: объявляют иностранными агентами, членами нежелательных организаций, клеветниками и экстремистами… В общем, даже если не сажают в тюрьму, то лишают возможности нормального человеческого существования, позволяющего заниматься любимым делом, зарабатывая на нем достаточно денег, чтобы кормить семью.

Противники режима не могут испортить жизнь сторонникам, но все чаще следуют принципу «не забудем — не простим». Не имея шансов развиваться здесь и сейчас, они начинают мечтать о мести и надеются в обозримом будущем навредить своим врагам.

Если еще лет десять назад была теоретическая возможность совместного обсуждения перспектив развития России, то сейчас два лагеря становятся абсолютно непримиримыми. Революции из этой ситуации не выйдет, но другие неприятности весьма вероятны. Дело в том, что расколотое общество — это всегда плохо. Демократия не формируется в странах, значительная часть населения которых живет по принципу «не забудем — не простим». Для демократии необходимо, чтобы люди были склонны к компромиссам, даже несмотря на существенное расхождение во взглядах между различными группами.

Демократию построят недемократы

Сейчас мне придется сказать то, что сегодня мало кто хочет слышать. Будущая трансформация путинского режима зависит не от его противников, а от тех, кто находится внутри кремлевской системы. И даже не от системных либералов, о возможностях которых долго спорили наши аналитики, — никаких сислибов во власти не осталось. Если кто-то из функционеров режима когда-то придерживался либеральных взглядов, то давно уже спрятал их подальше и в реальной жизни никаким идеологиям не следует.

Трансформация режима, которая скорее всего случится после Путина, зависит от беспринципных коррумпированных конформистов, прекрасно уживающихся нынче с убежденными сторонниками силовых методов управления. И дело вовсе не в том, что они вдруг станут сознательными идеологами демократии.

Дело в том, что правящие круги России состоят из большого числа групп, имеющих совершенно разные интересы. Друг друга они ненавидят больше, чем демократию. И боятся друг друга они значительно больше, чем массового протестного движения, которое, как показывает прошлогодний опыт Беларуси, не так уж трудно подавить. А потому после Путина, который так или иначе пока еще сглаживает эти противоречия и обеспечивает каждой группе определенное (иногда довольно скромное) место в руководстве, скорее всего начнется острая борьба за власть.

Демократия проистекает именно из такой борьбы, а вовсе не из фундаментального стремления оппозиции создать демократическое общество. Во всяком случае, во всемирной истории именно так часто и происходило. Самый знакомый нам пример — это горбачевская Перестройка, которая хоть и не смогла создать устойчивую демократию в СССР, но дала ход демократизации, благодаря которой у нас некоторое время сохранялись свободы, немыслимые для сталинского и даже брежневского Советского Союза. Михаил Горбачев тогда вынужден был создать некоторые институты демократии для того, чтобы нейтрализовать усилия своих консервативных противников из партийно-советской номенклатуры.

Перестройка может повториться

Вот здесь-то и возникнет серьезная психологическая проблема для непримиримой части общества. Внутриэлитные конфликты в будущем сформируют у тех, кто станет бороться за власть, примерно такую же потребность поиска союзников вне правящих группировок, какая была у Горбачева.

Тем, кто не контролирует официозные СМИ, понадобятся сторонники из числа оппозиционных журналистов или, по крайней мере, из числа людей, способных влиять на общественное мнение. Тем, кто не контролирует парламент, понадобятся союзники, способные победить на более-менее честных выборах и сформировать в Госдуме новую фракцию. Тем, кто не контролирует «улицу», понадобятся лидеры толпы, способные выводить людей на протест, но не против Кремля в целом, а лишь против враждебных кремлевских группировок.

В такой ситуации те, кто живет под лозунгом «не забудем — не простим», окажутся в числе маргиналов, неспособных воспользоваться открывшимся «после Путина» окном политических возможностей.

Сегодня многие думают, что главными вопросами будущего станут суды над представителями путинского режима, люстрации, запрет на деятельность ФСБ (КГБ) и т. д. Однако на самом деле маловероятно, что весь режим одномоментно рухнет, а народный бунт вознесет к вершинам власти людей, находящихся в оппозиции. Гораздо вероятнее, что придется находить общий язык с кем-то из тех, кто был заметной фигурой при Путине, но затем вступил в схватку со своими бывшими «коллегами».

Зрелость гражданского общества России будет проверяться способностью поиска компромиссов с теми, кто нам в настоящее время очень не нравится, а вовсе не жесткостью преследования тех, кому мы сегодня любим говорить «не забудем — не простим». Это, конечно, будет очень неприятный процесс, совершенно не похожий на торжество демократии, которое видится нам порой в сладких снах. Реальность вообще бывает обычно совсем не такой приятной, как сказки. Но тот, кто любит сказки, редко достигает успеха в политике.

https://www.rosbalt.ru/blogs/2021/06/08/1905606.html
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.
Быстрый переход


Часовой пояс GMT +3, время: 22:26.


Powered by vBulletin® Version 3.7.3
Copyright ©2000 - 2021, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot